Книга Чудо для Алисы, страница 88 – Елена Левашова

Я медленно поднимаюсь и шарю руками в темноте. Какой же Боголюбов умничка, что заставил взять рюкзак! Аккуратно сняв его с плеч, нащупываю в боковом кармане фонарик.

Тонкий желтый лучик скользит вверх по коричнево-красным стенам просторной пещеры. Края грота неплотно смыкаются, образуя похожее на колодец отверстие, в котором виднеется кусочек неба. Черт, я жива! Снаружи слышится грохот, хлопья снега падают через верхнее «окно», вновь пробуждая во мне уснувший на секунду страх…

Направляю фонарик на вход – он завален снегом… Мне не выбраться. Во всяком случае, сегодня.

— Успокойся, Алиса, – говорю себе я, а слова эхом разносятся по пустому пространству. Размером пещера с трехкомнатную квартиру и, по всей видимости, мне предстоит провести здесь ночь.

Рюкзак укомплектован: зажигалка, кружка, складной нож, тонкий, сложенный в вакуумный пакет спальный мешок. Среди вещей нахожу влажные салфетки и тампоны, припасенные для меня Миром, лепешку и банку сгущенного молока. Спускаю рюкзак на землю и прохаживаюсь по временному пристанищу уже смелее: в дальнем углу темнеет кустарник, придавленный камнями, под ногами скрипят сухая трава и мох.

Складываю находки в центре грота и разжигаю огонь. Мох потрескивает и сгорает за пять минут. «Комната» наполняется теплом и светом. Подсвечивая фонариком, я отрезаю от кустарника ветки и подбрасываю в костер. Дым улетает вверх, оставляя воздух в пещере свежим.

Шум и землетрясение сменяются звенящей тишиной. Я слышу крики хищных птиц и завывание ветра, изредка доносящиеся через «окно».

— Ау… Ау… – мой жалкий писк не услышат даже за стеной.

Беспокойство забирается в грудь, больно царапая: а как меня найдут? И станут ли искать?

— Я выберусь! Выберусь сама, если не станут… – произношу я громко и уверенно направляюсь к выходу. Собираю в кружку снег из массивного сугроба и растапливаю его над огнем. Чайные пакетики в рюкзаке оказываются кстати. Я согреваю чашку над костром, открываю ножом сгущенку и макаю в нее кусочки лаваша.

«Умничка, Мир! Поцелую, если выберусь! Что значит – если? Когда выберусь!» – поправляю себя мысленно.

После незатейливого ужина я мою чашку и руки растопленным снегом. Хлипкого кустарника мне хватит, чтобы поддерживать огонь до утра. А что делать потом?

Справа от входа пещера сужается, образуя своеобразный коридор. Освещая путь, осторожно ступаю по укрытой мхом земле в поисках того, что может гореть.

Лучик хаотично скользит по стенам коридора и внезапно натыкается на темный предмет в дальнем углу. Скорее всего, это кусок вулканической породы или валун, похожий на набитую пухом подушку. Подхожу ближе, чтобы убедиться в догадке и… замираю с открытым ртом: передо мной старый, сплошь усыпанный пылью рюкзак.

От волнения сердце больно ударяет ребра. Я тупо разглядываю предмет, не решаясь прикоснуться к нему, боясь допустить мысль, что находка связана с папой… На вид рюкзаку очень много лет: фурнитура и ткань старомодные. Осторожно открываю заржавевшую застежку и поднимаю клапан вверх.

«Виолетта Оленина» – читаю расплывшиеся, нацарапанные ручкой слова на изнанке клапана…

— Господи… Боже… – мой изумленный крик разносится по пустому пространству.

Дрожащими руками поднимаю драгоценный груз: рюкзак легкий и плоский. Несу к огню. Костер ярко пылает, наполняя пещеру живым теплом.