Онлайн книга «Влюбленная. Гордая. Одинокая»
|
И меня рвет. Выворачивает от переполнившей нутро липкой мерзости. Опускаюсь на землю, утопая коленями в жидкой снежной каше, не в силах остановить рвотные позывы. Мне плохо… В черное марево мыслей осколками вклиниваются воспоминания: – Что ты решила, Любаша? – А что тут решать? Он наиграется, отряхнется и пойдет дальше, а я… – А ты? – А я просто умру. Глава 17 Мирослав Пальцы порхают над клавишами, словно бабочки. Выводят сердечки и смайлики, множат буквы и цифры, рождают удивительные слова, предназначенные для нее… Внутри меня звучит мелодия. Сердце заходится от новых чувств и ощутимо болит от накатившей боли узнавания. Безошибочно вычисляет «опасный» антиген привязанности, стремясь отгородиться привычным панцирем. Я споласкиваю руки и обрабатываю их антисептиком, на секунду зависнув на своем отражении в зеркале. Блаженный, чокнутый, счастливый… Кого я обманываю, от чего пытаюсь защититься, если уже погряз по уши в чувствах к рыжику? — Ксения Валерьевна, пригласите следующую, – устало опускаюсь в объятия мягкого кожаного кресла. — Нет больше никого, Мир Михайлович. Вы всех вылечили, – улыбается медсестра, суетливо раскладывая медицинские карты по полочкам каталожного шкафа. – Еду домой, Любочка, – строчу пончику, удивляясь, что она так и не прочитала последние пять сообщений. Занята ужином? Зная ответственность Любаши, могу предположить, что меня ждет первое, второе и компот. – Любаша, Люба, Любочка. Я скучаю. Правда, булочка, ответь. К черту ужин, я хочу только десерт – тебя… — До свидания, Мирослав Михайлович, – медсестра бойко снимает халат с хрупких плеч и вешает его в шкаф. — Угу, – я бурчу ей в ответ, тупо уставившись на темный экран айфона. — Шли бы вы домой, доктор, – ласково произносит Ксения Валерьевна, смотря на меня как на идиота. На декабрьском ветру покачивается уличный фонарь, дребезжит металлическая вывеска, прикрученная над входом в клинику «Шестак и Ко». Я прячу подбородок в воротник куртки и спешу скрыться от туманной мороси в уютном салоне машины. Люба не отвечает. Дурное предчувствие, вызванное ее молчанием, ворочается в груди, обжигая нутро. Что, черт возьми, происходит? Давлю на газ и петляю между машин, объезжаю пробку по «встречке», пренебрегая безопасностью и правилами дорожного движения. Пятнадцать минут езды кажутся невыносимой мукой. Я въезжаю на территорию двора, оглядываясь по сторонам в поисках «апельсинки». Ее нет. Зато возле подъезда красуется криво припаркованная машина Дианы. Черт! Меня обдает ледяной волной воспоминаний: Диана крутится возле моего рабочего стола, Диана просит воспользоваться моим телефоном, Диана расспрашивает о причине загадочной улыбки «холодного и равнодушного супердоктора»… — Черт! – рычу я вслух, влетая в подъезд. Мечусь в кабине лифта, как раненый зверь. Пальцы дрожат от нетерпения и сами собой сжимаются в кулаки. Не позволю… Убью… Не отдам… С трудом держа себя в руках, я врываюсь в квартиру без стука. Вспарываю повисшее безмолвие звуком нетерпеливых шагов и заполошным дыханием. От неожиданности Диана вскакивает с дивана, обронив пульт от телевизора. — Где Люба? — Привет, Мир, – томно протягивает она, слегка приспуская полотенце с грудей. – Сюрпри-и-из! — Где, черт возьми, Люба? – повторяю гневно, впившись взглядом в ее лживые глаза. |