Онлайн книга «Тот, кого не люблю»
|
— Я позвоню, мамулечка. Господи, дай мне смелости… А еще не помешает мудрости и смирения. Почему все со мной не так? Когда же я научусь поступать по-человечески? И почему мне не страшно его рожать? Не страшно брать ответственность за еще одного малыша? Толкаю дверь такси и окунаюсь в прохладу летнего дня. Ветер ласкает щеки, успокаивает и словно напевает: «– Все будет хорошо, Зоенька. Ты правильно сделала, что приехала. Нельзя скрывать… Правильно, правильно…». Или это ангелы поют, а я слышу их тихий голосок… А потом я вижу мужа… Высокий красавец ходит по залу и раздает поручения. Какой же он сильный… И нежный… Опускаю взгляд на его загорелые руки, невольно вспоминая свадебную клятву. «Этой рукой я развею горести, чтобы ты радовалась. Эта рука будет крепко держать твою, защищая от опасностей. Эта рука наполнит наш дом дарами, чтобы ты ни в чем не нуждалась…». Он не говорил мне этих фраз, просто привел нас с сыном в свой дом. Что я сейчас от него жду? — Зойка, ты чего такая бледная? Что случилось? – Роб сжимает мои плечи и взволнованно заглядывает в глаза. — А вот что… – протягиваю заключение УЗИ. Роберт внимательно читает диагноз, а потом медленно выдыхает: — Как ты могла, Зой? За что? Ты специально, да? Ты… Ты же клялась, что несешь ответственность за последствия? – листок в его руках мелко подрагивает. – Я ведь был готов приложить усилия, чтобы этого избежать. — Прости… Я тоже не хотела. Я… даже не знаю, как так вышло? Можешь не верить, но я не специально, я… — Зоя, мы живем в двадцать первом веке. Надеюсь, мне не надо тебе объяснять, что делать? Мы не готовы… Мы… Зой, я еще к первому ребенку толком не привык. И к тебе… Я не хочу его. — Роб, я… — Я не хочу этого ребенка, Зоя. Он вкладывает в мои руки бумагу, как нечто противное или скользкое. То, что обжигает или пачкает его руки… Разворачивается и уходит в свой кабинет… Глава 35 Роберт. Стены длинного темного коридора словно сужаются, пытаясь меня раздавить. В темноте они видятся мне живыми… Тянут костлявые руки, чтобы утянуть в преисподнюю. Дрожащими пальцами сую ключ в замочную скважину и вваливаюсь в свою обитель. Что на меня нашло? Черт бы побрал Рихарда, грядущую проверку санэпиднадзора и прочих инстанций, Киру с ее непрекращающимся шантажом… Опираюсь ладонями о край подоконника и глубоко дышу. Тяну воздух, не в силах насытиться… Я будто отравлен чем-то… Страхами, неуверенностью, гордостью, неуемным самомнением, чужим мнением… Господи, как у меня язык повернулся так ответить? Идиот… Какой же я идиот… Прищуриваюсь, наблюдая в окно, как с парковки ресторана отъезжает желтое такси… Тянусь к кувшину с водой одеревеневшими, словно парализованными пальцами. Как же так? Как я мог сказать ей такое? Пью воду и вытираю влажными ладонями лицо. Господи, и что на меня нашло? Сожаление наполняет душу и ощутимо горчит на языке. — Какой же я мерзавец… Нашариваю в кармане ключи от машины и спешно поднимаюсь с места. Я сейчас же поеду за ней и извинюсь. Сейчас же, пока не случилось беды… Зойка моя… Зайка, милая, родная… Ну чего я испугался, дурак? — Куда же ты поехала? Набираю ее номер, слушая в динамике монотонную мелодию длинных гудков. А потом и она прекращается, сменяясь коротким гудками. Неудивительно, что Зоя меня заблокировала. Встаю с места, окончательно стряхивая дурацкое оцепенение, и сталкиваюсь в дверном проеме с Никитой Гончаровым. |