Книга Тот, кого не люблю, страница 82 – Елена Левашова

— Зой, ты как, родная? Может, попросить, чтобы тебя посадили в зал? – взволнованно спрашивает Роберт, подойдя ближе.

— Нет, милый, все идет по плану. Когда выступает женщина, это всегда вызывает большую жалость к ситуации. Представь, если на моем месте был ты? И рассказывал зрителям о Кире, измене и том, как она тебя склоняла к сексу? Это же…

— Кошмар, согласен. Живот у тебя не тянет? Жду не дождусь, когда все это закончится.

— И я… Как я выгляжу? – провожу руками по завитым волосам, касаюсь длинной золотой сережки.

— Дома покажу… как… Не дразни меня, Заяц. Не то окажешься на заднем сидении машины или… в подсобке этой чертовой телестудии, – отвечает мне муж хрипловатым шепотом. – Я и так терплю – любуюсь тобой из зала, смотрю как на звезду. Ты очень хорошо держишься.

— Лишь бы все это было не зря, Роб… Не хочу, чтобы они победили. Кто знает, что сейчас с нашим рестораном? Может, он уже…

— Не горит. И все с ним нормально. Я усилил охрану, камер наставил везде. Они ведь не такие тупые, Зой. Понимают, что подозрения лягут на них, если что-то случится.

— Одна минута! Готовность к эфиру одна минута! – кричит Паукова. – Все по местам. Гости рассаживаются, участники программы тоже.

Роб клюет меня в щеку и занимает место. Яркий свет прожекторов тонет в опустившейся на зал темноте.

— Настало время раскрыть тайны! – дрогнувшим голосом протягивает Паукова. Вокруг нее вспыхивает голубоватый свет, привлекая внимание окружающих. – Настало время откровений! И раскрыть шокирующее известие я поручаю… Сергею Шевелеву! Поприветствуем его! Говорите, товарищ следователь, а мы будем вас слушать.

Что она устроила из программы? Эффектное шоу, больше смахивающее на спиритический сеанс. Ну да ладно…

Шевелев неловко поднимает и забирает микрофон из рук ассистента:

— Уткин привлекался по статье о превышении должностных полномочий два года назад. Следственный комитет уже принял заявление Зои и Роберта Шнайдер. И мы намерены остановить произвол. Никто не имеет права давить честных предпринимателей из мести или зависти. И смотреть на это беззаконие мы не будем. Если тогда ему удалось откупиться, то сейчас… Не получится.

— А вы так уверены, что Георгий откупился? Может, у следствия не было доказательств? – из зала звучит противный голос какой-то дамочки. Где их только находят? Смею предположить, что вопросы из зала согласовываются с Пауковой.

— Следователь-взяточник признался, что брал деньги, – понизив голос, произносит Шевелев. Чешет затылок и обводит зал таинственным взглядом. Неужели и он поддался атмосфере, созданной стараниями ведущей?

По залу прокатывается возмущенный вздох… Паукова взмахивает ладонью, призывая к тишине.

— Что вы намерены делать сейчас? – спрашивает она.

— Остановить Уткина и Лоренц. Заставить отказаться от намерения мстить.

Программа заканчивается пламенной речью Пауковой. Она обещает зрителям следить за судьбой «несчастной семейной пары Шнайдер», а мы, наконец, облегченно вздыхаем.

— Зойка, хочешь, погуляем? – предлагает Роб, поглаживая мое предплечье.

Гуляка из него тот еще, но я соглашаюсь. Воздух пахнет древесной смолой и осенней прохладой, ветер качает верхушки деревьев и взвивает мои длинные пряди. Все, как в прошлом, когда мы гуляли по берегу моря, целовались на каждом шагу и верили в счастливое будущее. Ловлю себя на мысли, что не хочу взрослеть… Обрастать проблемами, погрязать в готовке и памперсах… Странно, скажите вы и будет правы. Я будущая мать двоих детей и жена. Какая уж тут романтика… И совсем скоро, когда Роберт ко мне охладеет, появится другая… Интересная, смеющаяся, невесомая – девушка без проблем и детей, такая, как эта Кира… С чем я борюсь, если у гидры вырастет новая голова взамен старой?