Онлайн книга «Сжигая мосты. Развод»
|
— Хорошо. Спасибо вам… Обнимаю коленки и отворачиваюсь к стене, часто дышу, не переставая набирать его телефонный номер… Любимый мой, родной… Только живи… Неважно с кем, только улыбайся и будь счастлив. Я все тебе прощаю… Глава 39 Глава 39. Михаил. Разлепляю глаза и вижу над собой склонившееся лицо Темыча. В обычной жизни оно смазливое, с нагловатой усмешкой, а сейчас — бледное и испуганное. — Слава богу, Малков. Как ты? Врач сказал, что тебя неплохо так… приложило. — А… Виталик жив? – хриплю, пытаясь пошевелиться. Из локтевых сгибов торчат проводки капельниц. — Да, в соседней реанимационной палате. Мы в Подмосковье. Я спрятал тебя здесь – подальше от… — Боишься, что убьют? — Да, блядь. Этот сученыш из «Московского скандала», он… Он настоящий террорист! Общественность поощряет деятельность айтишников, пытающихся нас взломать. Формулу им подавай! И срочно, пока ты не продал ее за рубеж. Половина центрального офиса уволилась из-за травли и провокаций. Мы в жопе. Я никогда не думал, что это будет кого-то интересовать. — Будет. Любой бестселлер тотчас сливают на пиратки. То же самое с фильмами. Авторское право – не то, что уважают в нашей стране. Теперь я принципиально продам ее американцам, Темыч. Нахуй все! Черт… Как же мне больно. — Тебя контузило. Час назад приходил следователь, я его прогнал. У тебя нет подозрений, кто бы это мог быть? — Все. Любой. Сейчас у меня гораздо больше врагов, чем друзей. И впервые я боюсь… Я не хочу умирать, Артём. Так по-дурацки и глупо. Но и дарить формулу тоже не хочу. — Здесь тебе ничего не грозит. Телефон я твой выключил и убрал подальше, о твоем местоположении никто не знает. Предлагаю выйти на руководство страны. Попросить защиты, в том числе информационной. Заключи договор напрямую и будет тебе счастье. — Напрямую это… — Госзаказ. Я это имею в виду… — Знаешь, что я подозреваю? Что охотники за открытием непричастны к взрыву. Кто-то заранее все спланировал. Тот, кому невыгодно мое возвращение. — Лена? Не верю я в ее интеллект, уж прости… — Архангельский. Он банкрот. И винит он в этом меня. Я как кость в горле для него… — Тогда скажи об этом следователю. Тебе еду заказать? – участливо спрашивает Темыч. — Меня тошнит. Маме скажи, что я в порядке… Или лучше съезди. Инфа о покушении просочилась в прессу? Можно все подчистить? — Сука эта… Антон из «Скандала» выложил новости в сеть тотчас. — Интересно, Божена видела их? Хотя… — Ей не до тебя. — Может, все-таки позвонить? — И навлечь на нее беду? Давай я ей позвоню. Хочешь? Не думаю, что моя жалкая жизнь интересует кого-то так, как твоя. — Не преуменьшай свою значимость и… Позвони ей, пожалуйста. — Что сказать? Извините, вы еще помните Мишу-массажиста? Ой, не помните? Он просил передать, что не умер. И валяется в больничке. Ну… Удачи ему – Мише, которого я успела забыть. — Даже если и так, позвони! Пусть скажет, что забыла, но… Если не забыла, возможно, она сходит с ума от волнения. Скажи, что я в порядке. Жив. Пока не могу все объяснить, но сделаю это в ближайшем будущем. — Сейчас, друг. Темыч уходит. Возвращается ленивая, как пушистый зверек, тишина. Она прячется по углам просторной палаты, прерывается тихим писком приборов. Как я дошел до такого? Не успел вернуться – потерял коллектив, да и сам чуть не умер… Кажется, в теле не остаётся ни одного здорового участка. Болит все… Может, я – говно на палочке? И ничего нет во мне хорошего? Когда я успел обрасти столькими врагами? |