Книга Отец (не) моей дочери, страница 40 – Елена Левашова

Однако, с годами мне удалось вытравить из себя самые отвратительные черты. Я любил свою жену, баловал ее и никогда не вел себя, как отец. Я был с ней нежен и щедр на ласку. Так что поменялось теперь? Не знаю… Я словно отчеканил в душе требование отца не менять решение. Быть твердым, непоколебимым, мужественным… Не быть размазней.

« – Не будь размазней, Лева», – повторяю себе, не отрывая взгляда от пухлых розовых губ Этери. Влажных, зацелованных Адамом Авериным. Черт… Почему я думаю об этом?

— Я хотел пригласить тебя в парк. Там залили горку, а я купил Дарине ледянку.

— Конечно, я пойду, – облегченно вздыхает она. Встряхивает ароматными свежими волосами и надевает фартук. – Ты не против, если я приготовлю и обед? Очевидно, после катания на санках мы страшно проголодаемся. Кстати, Лев! Тебе не надо на работу?

— Нет. Я освободил день, чтобы побыть вместе с дочерью. Мне нравится, что она ко мне привыкает. Я очень стараюсь, Этери.

— Это заметно. Ты молодец. Садись, я накормлю тебя завтраком.

Даринка просыпается и бежит в кухню, заслышав наши голоса. Бросается в материнские объятия и только потом осторожно подходит ко мне.

— Дочка, папа хочет повезти нас на горку в парк. Ты рада? Покатаемся на санках, а потом…

— А потом поедем в кафе. Оставь обед, Этери. Отдохни. Дарина, ты любишь пиццу или… Прости, наверное, ты не кормила ее такой едой?

— Очень редко, – Этери дарит мне искреннюю улыбку. – Но… Пожалуй, дочке пора ее попробовать. Пиццу и молочный коктейль, и…

— Ула! Мамоська, а снежок есть в палке? А ты меня поколмис кашей?

— Конечно. И папу тоже. Лев, я все равно хотела бы сварить бульон и почистить овощи.

Разве эту суперхозяйку можно переубедить? Киваю и сажаю Дарину на руки. Этери кормит нас, завтракает сама и быстро моет посуду.

Пока бульон варится, помогает дочке одеться и тянет в гостиную большой рюкзак.

— Я взяла кое-что из своих вещей. Ты сказал, что домик готов к приему гостей, и я… – лепечет она, выуживая теплый свитер с высоким воротом.

— Так ты ночевала не у Аверина? – кажется, в моем голосе отчетливо звучит облегчение.

— Лев, какое это имеет значение? Я привезла вещи. И… все на этом.

— А почему так мало? Адам не мог помочь тебе с чемоданами?

— Я смотрю у тебя к Адаму тайная страсть, – хмыкает Этери. – Мне уже можно ревновать? А вещей у меня мало. Я… Возможности не было одеваться разнообразно и красиво. Такие вот дела. Ну что, все готовы?

— Да. Сейчас найду шарф и можем выдвигаться.

Выбираю для прогулок парк возле замерзшего городского пруда. Помогаю Даринке выбраться из автокресла и подхватываю ее на руки. Этери забирает ключи из моих рук и открывает багажник. С улыбкой на лице тянет надувную "таблетку" для катания.

— А мы с тобой не будем кататься? – улыбается, смахивая с разрумяненной щеки волнистую прядь.

— Не знаю… Я думал покатать Дарину. А ты хочешь?

— Конечно, Лев. И тебе надо обязательно прокатиться. Это так здорово!

— Там есть прокат, – бурчу сухо, делая вид, что все это мне безразлично – она, горка, домашний обед и мои гребаные чувства…

Лев.

До чего я дожил… Горки в парке, санки, дети… Сам ведь хотел, чего теперь жаловаться? Бреду к низковатому зданию с кричащей вывеской «Прокат». Даринка бежит рядом с нами, держа Этери за руку.