Книга Если ты хочешь…, страница 35 – Елена Левашова

— Духин, пойдем писать заявление? – проглатывая тугой ком, шепчу я. Ну не могу я сейчас его прощать… Сердце болит, словно его шинкуют ножом для мяса. Почему-то сбывшаяся мечта не дарит облегчения… Что мне теперь от его «прости»?

— Да, идем. Весна? – Духин резко останавливается и сжимает мой локоть. – Я кое-что обещал нашему сыну. – Добавляет улыбнувшись. Красивый, статный – на мгновение мне становится стыдно за «добрые пожелания» в адрес Кости. Не хочу, чтобы он болел или, не дай, бог умер! Пусть будет таким всегда: сильным, смелым, привлекательным…

— Что же? – произношу, пряча взгляд.

— Собаку. Я обещал Алешке джека-рассела терьера и хочу его купить. Поедем выбирать вместе?

Весна.

Странно, но присутствие Духина меня успокаивает. В неприветливых казенных стенах управления он кажется самым близким человеком. Тем, кому можно поплакаться, крепко прижавшись к сильной груди. Удивительно, но я то и дело вскидываю растерянный взгляд в поисках Кости – боюсь, что он уйдёт, оставив меня на растерзание Бурьянову. Но он не уходит… Прохаживается по кабинету, запустив ладони в карманы, незримо чувствуя мое волнение и охотно встречая мой взгляд.

— Вы точно не помните… факта насилия? – мнётся Бурьянов, покручивая ручку между пальцев.

— Я была в трусах. Ничего постороннего… – опускаю взгляд, сгорая от смущения. – …в моем теле не было. Но я не уверена… Маньяк же мог меня обмыть. Судя по тому, как крепко я спала, он мог сделать что угодно. – Голос жалко надламывается.

— Довольно, лейтенант. – Не выдерживает Духин. Отрывается от подоконника и подходит к столу. Его шаги звучат оглушительно, выдавая скопившееся недовольство. Или ревность… – Весна Валерьевна рассказала вам всю важную для следствия информацию. Заканчивайте уже, Бурьянов!

— Есть, товарищ майор. – Молодой лейтенантик заливается краской.

Успеваю лишь поставить в протоколе подпись, потому что Духин тянет меня к выходу.

— Алёшка нас ждёт, – важно произносит он, сталкиваясь с моим вопросительным взглядом.

— Вы созваниваетесь? – охаю.

— Конечно, Весна. Не помнишь, кто забрал пацана из дома, когда ты загремела в больницу? Я сразу взял его номер телефона, адрес, выяснил фамилию, отчество и…

— Бла бла бла! – протягиваю я, запуская пятерню в волосы. Летний ветер их ласково треплет. – Наверняка выяснил, есть ли у него папа?

— Через минуту знакомства, – хитро усмехается Духин. – Твой гневный опус про мужа было забавно слушать, уж извини…

Извини… Я ведь так и не сказала Косте, прощаю ли я его? Может, мне и себя стоит простить? За дурные мысли, нерешительность, малодушие? Другая бы на моем месте схватила ребёнка в охапку и отправилась на край света за его отцом – получай, любимый, наследника! Корми, пои, воспитывай! У нас ведь был шанс… Слухи о женитьбе Духина дошли до меня только четыре года назад. Получается, почти пять лет я добровольно лишала своего сына родного отца.

— Костя… – неловко начинаю я. Неудобный разговор, болезненный, но он нужен нам. Останавливаюсь и суетливо осматриваюсь в поисках лавочки. – Ты вспоминал обо мне? На севере? Когда уехал, да и потом, через год? Ты знал, что я родила?

— Весна, проще спросить забывал ли я о тебе? Идём! – Костя хватает меня за ладонь и тянет к лавочке – только что с неё вспорхнула группа подростков на роликах.