Книга Фиктивная семья отца, страница 38 – Елена Левашова

Закрываю глаза и, обнимая Анфиску, пытаюсь уснуть. Мы в больнице вторую неделю, а Родион каждый день нас навещает. Привозит вкусную еду, книги для дочери, журналы и книги для меня, игрушки… И каждый раз смотрит так озабоченно, странно… Его что-то гложет… Едва заметное для окружающих, но вполне ощутимое для меня.

Сама не замечаю, как засыпаю. Вздрагиваю от стука колес тележки с едой и криков санитарок в коридоре. Проснувшись, Фиска видит мое склоненное лицо и улыбается, обнажая четыре зуба. Целую ее в щечки и поправляю валик под коленками. Куколка моя… Поднимаюсь с кровати и споласкиваю лицо водой, чтобы быстрее проснуться. Расчесываю волосы и едва не роняю расческу на пол, заслышав, как открывается дверь палаты.

— Привет, девочки.

Родион… Ну кто еще может ко мне прийти? Маринка иногда забегает, а больше и нет посетителей.

— Привет, Родион. Здравствуйте, – здороваюсь с Караваевым, выглядывающим из-за спины Богородицкого. Неспроста он пожаловал… Кровь отливает от лица и спускается к ногам. Они наполняются такой тяжестью, что я не могу и шага сделать… Так и стою посередине палаты, испуганно взирая на мужчин.

— Полина Романовна, давайте присядем, – важно произносит Караваев. – Мы пришли по делу.

— Что случилось? Я… Господи, не молчите, – выдыхаю, переводя взгляд на Анфису, перебирающую кубики.

— Полина Романовна, следствие раздобыло записи с камер видеонаблюдения соседнего здания. Также нашелся свидетель, утверждающий, что после закрытия завода в здании оставались только вы. Вы и Петр Жуков. Все улики против вас и…

— Они хотят снова заключить меня под стражу?

— Пока не знаю. Скорее всего, нет. Повторное исследование трупа Артеменко опровергло ваши слова.

— Как это? Не понимаю… Вы думаете, я лгу? – вскидываю взгляд на Родиона.

— Кто-то добил Артеменко. Тот, кто нанес ему смертельный удар по затылку.

— Так я его не била по затылку, – тараторю я. – Я ударила его вазой по лбу.

— А настоящий убийца по затылку. Им может быть ваш… Петр Жуков или другой человек, о каком вы не знаете. Следователь вызовет вас на повторный допрос завтра, а сегодня…

— Полина, выслушай меня, пожалуйста, – произносит Родион, присаживаясь за стол. – Егор Львович считает, что нам надо… Если тебя закроют в СИЗО на время следствия, я… Анфиса не должна попасть в детский дом, поэтому…

— Вам нужно пожениться, – опережает Родиона Караваев.

— Что?

— Я мог бы сказать об этом сам! – рявкает Родион. – Разумеется, я предлагаю тебе фиктивный брак. Если у тебя есть личная жизнь, не смею на нее посягать, – чопорно, как английский аристократ, протягивает он.

«– Конечно, фиктивный. Вернее, нет, не так – разумеется, фиктивный. Уж не вздумала ты, что Богородицкий предложит тебе стать его женой по-настоящему? Приведет в свой дом и сделает хозяйкой?»

Конечно, я не думала… Душу обжигает волна горечи и какого-то черного, бездонного отчаяния. Что я от него хотела? Родион заботится обо мне, как родной… И сейчас действует в интересах Анфисы.

— Снова фиктивный? – устало вздыхаю я. – Похоже, заключать со мной фиктивные браки становится семейной традицией семьи Богородицких. – Думаете, поможет?

— Уверен, – пылко отвечает Родион. – Я не позволю, чтобы малышка попала в дом ребенка. Это самое малое, что я могу сделать в память об отце… Пойми меня правильно.