Книга Сто мелодий из бутылки, страница 47 – Сания Шавалиева

— Тише, – удержала она его за руку. – Это не точно. Просто в голову пришло. Вы, наверное, не помните эту историю с кольцом в Узбекистане?

— Что за кольцо? – И видно, как он задумался, стал мучительно соображать.

— Неважно. Я тогда в детстве это кольцо закопала у вас в сарае, от стыда подальше. Куры это кольцо раскопали, потом катали по двору, потом одна курица бегала с ним на лапе.

— Не. Не помню.

— Конечно. Вам то что, у вас куча детей с их шалостями. А я у себя одна, и для меня это тогда было трагедией. Однажды мать похвасталась, что научилась у меня хоронить тайны.

— Честно говоря, ничего не понял.

— Думаю, мать закопала бутылки в сарае, где у нас жили куры.

— Уверена?

— Нет, конечно. Но всё равно других вариантов нет. Будем проверять этот.

Июль, 2008

Середина июля. Градусов тридцать, безветренно. За окном виды как с лубочных картинок. Ровная дорога, немного голубого неба. По обочинам много травы с ковёрными цветами. Задумчивые деревья утопают в зелени, тянутся вверх. Изредка вспыхивают бабочки, добавляя красок в унылую палитру Урала. День в самом разгаре, но духоты не чувствуется. Короткое лето здесь не успевает ошпарить жарой, оно только напоминает о себе, словно ставит горячую запятую в годовом повествовании.

Какая-то собака, длинномордая, рыжая, с пышным хвостом, движется вдоль полосы леса. Уж не лиса ли? На ходу поворачивает морду к дороге, протяжно воет, словно поёт песню. Шарахнулась от потока воздуха, оставленного встречной фурой, шмыгнула в едва заметный провал меж деревьев. И только чёрный блеск глаз ещё несколько секунд исчезал в тени колким мерцанием.

Ася сама не заметила, как заулыбалась. Дорога возвращала в детство. Ровная, лёгкая дорога воспоминаний. Скоро впереди покажется город, улица Ленина, главный проспект, где полгода всей школой высаживали кусты и деревья. Балованные мягкой таёжной землей, в городе они приживалось плохо. Около двух лет пересаживали сухостой. Приходилось очищать землю от строительного мусора, избытка гравия и щебня. Копались в грязи, попадали под первый снег. Красными от холода руками Ася держала хилый ствол, пока одноклассники мхом, корой, чернозёмом теплили корни берёзы. После такой великолепной подушки берёза легко приживалась. Все тогда были радостны и беззаботны. Никто не знал, что страну ожидали перемены со всеми сопутствующими развалами.

Показался пост ГАИ. Надо же! Устоял? А зачем? Здание построили давно, но никто ни разу не видел там гаишников. Так и стоял как ориентир скорого поворота на Новый город.

Проскочили мимо.

— А в город? – схватилась за сумку Ася. – В Новый город разве не заедем?

— А надо? – чуть притормозил Юрий.

— Ну дак, – растерялась Ася. – Пообедали бы.

— Может, на обратном пути? – обернулся дядя Гена. – Сначала дело сделаем, а потом вернёмся, спокойно поедим.

— Так-то да, – и настроение у Аси испортилось. Поняла, что соскучилась по аллее, школе, дому. Даже не ожидала, что будет так тоскливо. Тяжело, что ли, прокатиться через город? На машине минут пятнадцать.

— Ну так чё? – уточнил Юрий, обернувшись в салон. – Чё делать?

— У тебя же полный пакет бутербродов, – дядя указал на ответ.

— А вы разве не хотите пообедать? – обратилась Ася к водителю, втайне надеясь на его поддержку.