Книга Пчела в цвете граната, страница 129 – Сания Шавалиева

Руслан мгновение постоял, очевидно осваиваясь в полутьме, затем метнулся по перрону с сумкой варенья, взбежал по лестнице и замер перед дверями автобуса.

— Все? – глянул водитель в салон.

— Слышь, брат, – обратился Руслан к водителю, – чуть подождём. Там у меня жена с матерью опаздывают.

— Не могу, – нахмурился водитель, – у меня расписание.

— Будь человеком, – стал уговаривать Руслан. Понимая, что уговорами ситуацию не спасти, неожиданно ляпнул: – Там дочка Андрея Мурзина.

— Точно! – напрягся водитель. – Смотри, я её знаю.

Сработала правда маленьких городов: все друг друга знают, тем более водители. Когда Ася со свекровью ввалились в салон, то удивились всеобщему вниманию. Им даже уступили место и всю дорогу беззастенчиво разглядывали, словно те были ожившими мумиями. Всю дорогу, пока шли от автостанции до дома, удивлялись. Руслан шёл рядом, пошучивал, но правду не выдавал. Ещё неизвестно, как Ася отреагирует.

Ася надавила на кнопку звонка. Всё внутри дрожало и трепетало страхом. Как родители встретят жениха? Вспомнилось, как мать замолчала на том конце провода, когда Ася огорошила, что выходит замуж. Да, все знают, что это когда-нибудь произойдёт: ходят, говорят, подталкивают, торопят – и всё равно от такого знания всё внутри обрывается. «Ах! Мы не готовы! Так быстро! Так рано!» О любви не вспоминают, только банальные фразы «Кто он?», «Родители кто?». Всё внутри общества дрожит и трепещет от принятого решения. А если человек, по общему мнению, выбрал себе не пару, то рассуждения превращаются в род сплетен.

Дверь раскрывается моментально. Значит, видела в окно. Мать говорит тихо, осторожно, на стол трепетно ставит чашки со свежезаваренным индийским чаем. Всё, что она говорит, кажется ей неправильным, неблагородным. Отец сидит в кресле, задумчиво любуется дочкой, небрежно оценивает жениха, беседует с будущей сватьей. Одна радость от гостей – свободно говорят на правильном, красивом татарском, без горьковского «цеканья».

— Я не подозревал, что тайга так близко, – шепчется Руслан с Асей. – Ты куда нас завезла? Как будто не тысячу километров проехали, а всю пятёру отмахали. Наверное, дальше Биробиджана? Наверное, и медведи ходят.

— Хочешь, завтра прогуляемся? – смеётся Ася в голос.

— Эй, молодёжь! – окликает их мать Аси. – Муллу пригласили на завтра в два.

— Уже? – вздрагивают оба.

Стало тихо, только слышно, как на кухне зловеще капает из крана.

— А чего тянуть? – обернулась к ним мать Руслана, а у самой в подрагивающих руках звенит чашка в блюдце. – У всех работа, я только на выходные и отпросилась.

Ася проснулась рано утром, некоторое время лежала, размышляла. Забавно всё-таки: вчера ещё была одинокой, а после обеда по мусульманскому обычаю станет женой. И им, наверное, постелют вместе, она уже задыхается от жара его тела. Сегодня впервые она сполна проживёт свою ночь любви. Внутри трезвонят колокольчики. Как капли из протекающего крана, в мозгу падает «жена, жена, жена». Ася от этого монотонного звука счастлива.

В комнату зашла мать, достала из шкафа любимое платье – нескончаемое плиссе, подарок тёти Маи. Прикладывает к груди, присматривается к зеркалу.

— Вставай! – говорит Асе, продолжая рассматривать своё отражение. – Все уже встали, жених весь истомился.