Книга Пчела в цвете граната, страница 32 – Сания Шавалиева

Вновь Асе не хватило житейской мудрости, такта взрослости. Умела бы молчать, не взялась расспрашивать Зарю о посылке, а тихонько бы удрала в кино или прогулялась по магазинам, а ещё лучше – съездила бы в гости к Юле и тёте Ане.

— Откуда посылка? Там обратный адрес неразборчив.

— От него, – Заря сидела на стуле, поджав ноги, и макала хлеб в мёд.

— Объясни толком!

— Чего привязалась. Сказано «от него», значит, «от него». Будешь приставать, поссоримся.

Ладно, завернём с другой стороны. Узнать, кто он, не получилось, но на вопрос «зачем?» должна ответить.

Заря холодно зыркнула, взглядом отправила Асин вопрос подальше.

Ася хотела обидеться, но любопытство пересилило, с детской искренностью возмутилась:

— Заря, миленькая, так нельзя! Нельзя получать такие посылки.

— Давай потом. Лучше расскажи, как день прошёл? Говорят, в ТСО сегодня был пожар. Ты напортачила?

— Почему сразу я?! – вскинулась Ася и поняла, что крыть нечем. Действительно ведь виновата она, и больше никто. – Да и не пожар вовсе, а всего ветошь горела в контейнере.

— И что?

— Фёдор отвёз контейнер на улицу.

— И что?

— Мастер ругался.

— И что? – Видимо, сейчас Заря пребывала совсем в другом времени и пространстве и поэтому задавала бесконечный, бессмысленный вопрос. Спрашивала не для того, чтобы получить ответ, а чтобы на время отгородиться от любопытной соседки.

— Потом прикатил колобок и всех съел, – разозлилась Ася.

— Ты расстроилась? – вдруг проявилась из тумана задумчивости Заря.

На кухню зашла молодая женщина, кажется, Ольга, с обручальным кольцом на руке, в синем трико с лампасами, в белой футболке с квадратной эмблемой на груди. Тихо мыла посуду, небрежно поглядывала на Асю с Зарёй.

— Не разговаривай, – тихо предупредила Заря.

«Почему?» – взглядом спросила Ася.

Заря ответила неопределённым жестом:

— У неё муж сбежал со свадьбы.

Ася не сводила взгляда с Ольги. Однажды такое читала – Анна Каренина! Но то в книге или в кино, а здесь впервые реально видела брошенную невесту. И ничего?! Стоит, моет посуду, подслушивает. Анна Каренина бросилась под поезд, а Ольга пойдёт на берег Камы, долго будет стоять, набираться мужества, чтобы с размаху ухнуть в волны от проходящей мимо ракеты. Теперь жизнь для неё пропала. Как очарованная, Ася смотрела на Ольгу до тех пор, пока та не обернулась, ловко сдула с глаз нависшую чёлку и мило улыбнулась.

С чего вдруг? Хмурится, улыбается.

Ася привычно двумя ложками сахара подсластила чай, глотнула, отодвинула стакан – в болтовне переборщила со сладким, наверное, ложек десять уже намешала. Когда Ольга скрылась в комнате, Ася упёрлась подбородком в сцепленные руки, спросила:

— Почему кольцо не снимает?

— Стыдно быть брошенкой. На заводе узнают – засмеют.

— Заря, а тебя бросали?

— Миллион раз!

Заря, посмеиваясь, наблюдала за мгновенной сменой выражений на лице Аси: эмоции переливались из одного состояния в другое или застывали на время. Это, наверное, особенность молодости – сочетать в себе абсолютно несочетаемое, например веселье и злость. Заря выждала ещё пару мгновений и продолжила:

— Мне позарез надо замуж.

Ася взглянула на Зарю как на тыквоголового пришельца.

— Понимаешь, мне осталось жить семь лет, восемь месяцев и… – Заря стала поочерёдно загибать пальцы на руках. – Шестнадцать дней. О нет! – разогнула мизинец. – Уже пятнадцать. А потом он меня убьёт!