Книга Алсу и Человек в черном, страница 17 – Сания Шавалиева

В общем-то Алсу понимала. Если бы хотели использовать андроида, он не стоял бы здесь призрачным истуканом. Может, сбились настройки, и он после подзарядки ушел в другую сторону? Или у него была другая задача? Фантазия Алсу не смогла дать точного ответа, слишком много вариантов, слишком много непредсказуемых телодвижений. Чтобы узнать, откуда и зачем здесь появился андроид в образе Вениамина Петровича Сидорова, надо залезть в голову Романа. А его слава богу… уже не существует. Думать о Романе не хотелось, и так по уши переполнена воспоминаниями последних дней.

— Но какая великолепная работа, — ходил Костя вокруг машины. — Даже и не верится.

— Ты прекрасно знаешь, как его проверить.

— На что ты намекаешь?

— В нем чуть меньше полтонны. Даже чтобы его тронуть с места, нужна богатырская сила.

Стараясь поднять, Костя, откинувшись всем корпусом назад, потянул «отца» вверх. Бесполезно. Только почувствовал, как от натуги рвутся собственные жилы и хрустят косточки.

— Может, он реагирует на голосовые команды? — задумался Костя, приказал. — Отец, иди домой!

Вместо отца откликнулась ночь, наползла черной тяжестью, только и оставила в небе дырочку для луны. На нее, распахнув бегемотову пасть, наплывала туча, с желанием проглотить. Теперь сквозь призрачные размытые границы губ, словно мараных кровью заката, просачивался слабый отсвет ушедшей луны. Унылая картина в унылом свете.

— Нам надо возвращаться. — устало протянула Алсу.

Костя уселся рядом с роботом и довольно нервно стал рвать лопух на кусочки. Видимо, его мозг перегрелся и отключился, а без него он никуда уходить не собирался.

— Ты зря так сел, — сказала Алсу. — может и током шибануть.

Костя хмыкнул.

— Я не шучу.

Откатился, словно отмотал себя от бумажного рулона.

— Я не понимаю, что делать, — честно признался он.

— Предлагаю сейчас разбежаться по домам, а проблему решить поутру. Хотя не понимаю как. Может, оставить здесь. Пусть стоит — есть-пить не просит.

— Но это вроде как мой отец.

— Окстись. Это робот. Болванка. Очень дорогая, хорошо сделанная болванка. Советую об этом не забывать. Справишься?

— Ладно. Пошли. Даже не представляю, как рассказать отцу. Прикинь, я прихожу домой и говорю бате, там-то там, незнамо где стоишь ты, ну, то есть не ты, а робот, вылитый ты, ну прям точная копия. Отец мне въедет по балде и будет прав. Бесфамильная, я притомился от тебя. Ну ты прям бьёшь по самые яйца.

— Э, харе грубить. Я-то тут при чем? Спрашивай у отца, где он засветился. Вбухался в какую-то авантюру, а Бесфамильная виновата. И вообще, чего это я тебя успокаиваю. Оставайся здесь, а я пошла домой.

Алсу поднялась с земли, и, отряхнувшись от прилипшей опавшей листвы, перепрыгнула через соседнее упавшее дерево. Сзади донеслось что-то типа «прости, извини, давай провожу, заблудишься». Ага! Щас! Это мой лес! Ты сам не отставай!

Тьма сгустилась окончательно. В ночной тишине хрустели ветки, в ямах чавкала вода. Алсу шла наугад, пару раз запнулась, упала на колени, потом провалилась в яму с водой. Все лицо заполонила влажная паутина, сбрасывала ее вместе с волосами. Иногда появлялась луна и тогда место, где они находились, больше походило на необитаемый остров, вокруг которого волнами качались ветки кустов.

Вскоре поняли, что действительно заблудились.