Книга Двойник Запада, страница 110 – Лия Арден

— Верно, я настоящая Наён, – наконец поняла подруга.

— Она, – подтвердила я и пожала плечами с напускным равнодушием. – Или я.

Повисла тишина, солдаты ждали дальнейших приказов, а Эйден сложил руки на груди и нацепил серьёзное выражение лица, обдумывая загадку, но уголки его губ дёргались. Ситуация его веселила.

— Занимательно, – наконец подвёл он итог. – А что будете делать, если я прикажу вас пытать до тех пор, пока не признаетесь?

— Мы притворяемся всю жизнь, – самоуверенно бросила Наён. – Можешь попытаться.

Ей было страшно, но она выпрямила спину и гордо вздёрнула подбородок, выражая всё презрение во взгляде. Голос прозвучал ровно, и ей отлично удалось продемонстрировать отвращение к молодому королю. Тот ещё какое-то время помолчал, забавляясь, и вышел из нашей камеры, бросив напоследок стражникам:

— Приведите всех троих ко мне.

Эвирцы дождались ухода Эйдена и потом схватили меня и Наён. Стоявшие в туннеле направились к Алиду. Я сопротивлялась, но недели без движения, скудная еда и отсутствие сил сделали своё дело, и меня выволокли из камеры с лёгкостью. Нам сковали руки цепями, глаза завязали толстой лентой и заставили идти друг за другом вслепую. Мы свернули направо по туннелю.

Я с трудом переставляла ноги, натыкалась на стены и решётки, непривыкшая ходить с завязанными глазами. Знание ходов в этих пещерах – главное преимущество, поэтому я считала шаги и повороты, запоминала звуки воды, где они становились тише, а где громче. И всё же моё сознание было измучено откровениями, я отвлеклась лишь один раз после двенадцатого поворота и моментально запуталась. Я не только перестала считать, но полностью потерялась в пространстве, на мгновение забыв, где право, а где лево. Меня зашатало сильнее, сознание пыталось уцепиться хоть за какую-нибудь информацию. Я вспомнила, что даже не знаю, какое сейчас время суток, и эта мысль напугала меня, заставив покачнуться и потерять связь с действительностью. Я продолжала шагать неосознанно, меня почти что тащили куда-то. Мы шли около десяти минут, хотя, может, и дольше, а может, даже вдвое меньше, но каждая минута в дезориентации растянулась.

Внезапно пол стал ровнее, а воздух свежее и теплее. Голова невольно дёрнулась в сторону, когда я услышала перешёптывания других людей. Они общались на эвирском, но слишком тихо, и мне не удалось разобрать слов.

Я не успела затормозить и врезалась кому-то в спину, мы все замерли. С глаз сдёрнули повязку. Я зажмурилась и заморгала, привыкая к освещению. На самом деле в помещении не было яркого источника света, но после сумрака пещер даже огонь свечей показался ослепляющим.

Я бегло осмотрела просторное продолговатое помещение. Не сказала бы, что зал очень большой, но здесь достаточно места, чтобы принять немногочисленную группу гостей.

Пол из тёмного дерева, стены украшены резными панелями в тон, с потолка на цепях свисают странные металлические светильники, в которых горят свечи. В специальных чашах на подставках тлеют угли, нагревая воздух в комнате. Перед нами, в самом конце помещения, на невысоком возвышении, стоит массивный стул, скорее всего, трон Эйдена, резное дерево украшает шкура какого-то животного. Посреди помещения три низких накрытых стола.

Сзади раздались шаги, я обернулась, заметив, как наши охранники покинули помещение, прикрыв за собой двери. Однако Эйден не был совершенно беспечен, и вдоль стен остались стоять другие стражники, с каждой стороны по четыре человека.