Книга Двойник Запада, страница 92 – Лия Арден

Многие девушки находили Джуна привлекательным, и я не была исключением.

— Если хочешь забыть, то не бойся, Аша. Просто скажи. Я не соврал, говоря…

— Я люблю тебя.

Джун вскинул на меня испуганный взгляд, моя улыбка стала шире от такой реакции. Я с лёгкостью сказала Раяну о своей любви к Джуну, так какой смысл скрывать это от него самого? Я действительно люблю его. Джун был со мной рядом в самые сложные времена. Был одним из тех, кто спас мне жизнь при отравлении. Если бы не его внимательность, я бы давно умерла. Если бы не его дружба, я бы давно сошла с ума от одиночества в поместье.

— Я люблю тебя, – увереннее повторила я.

На лице Джуна появилась неведомая мне ранее яркая улыбка, она расцвела медленно и несмело, но стала ослепляющей, я часто заморгала из-за непрошеного жжения в глазах. Джун ещё никогда ничему так не радовался, и его счастье говорило мне больше, чем любые слова.

— Священный Клён, Аша… я сам так давно хотел это тебе сказать.

Джун придвинулся ближе, наши колени соприкоснулись, и он потянул меня к себе за поцелуем, но неожиданно торопливо отстранился, так и не коснувшись моих губ.

— Погоди, Аша, я же… я же хотел. – Джун с незнакомым ранее смятением принялся рыться в широких рукавах своей накидки, а следом запустил руку за пазуху. Щёки Джуна окрасились розовым, пока он смущённо мямлил, как-то стыдливо боясь поднять на меня взгляд: – Я кое-что приготовил для тебя. Давно носил это с собой. Да, гром и буря, не мог же я именно сегодня его забыть!

Я с недоумением следила за нервными движениями Джуна, пока он ощупывал все имеющиеся карманы. У меня не было ни единой идеи, о чём он говорил, но любопытство победило, и на эти мгновения я даже забыла о несостоявшемся поцелуе.

Джун замер с рукой за пазухой и с облегчением выдохнул, вероятно нащупав то, что искал. Он сразу расслабился, улыбка вернулась на его лицо. В предвкушении я закусила губу, а Джун будто специально медлил, наслаждаясь моим нарастающим нетерпением. Он вытащил что-то длинное и протянул мне на вытянутых ладонях. Я перестала дышать и не моргая разглядывала украшение.

— Это браслет, – пояснил Джун, когда молчание неприлично затянулось. Я не могла даже пошевелиться. – Наблюдая за работой мастера Муна при создании подвесок для учеников храма, я увидел, что некоторые куски янтаря у него остаются неиспользованными. Тогда я попросил из них смастерить что-то похожее на мою подвеску.

Я оцепенела, поняв, что Джун сделал. Восторг, признательность, желание разрыдаться от радости сдавили мне сердце и горло, я была не в силах вымолвить ни слова. Джун продолжал улыбаться, но, кажется, моя реакция сбивала его с толку, взгляд начал бегать, и он уже не выглядел столь уверенным.

— Я знаю, что, сделай я украшение на пояс, ты бы никогда не взяла, настаивая, что ты не ученик и не можешь такое носить. Но я сам сплёл шнурки… хорошо, мастер Мун показал, как их сплести, но честно, я сделал всё сам. Я сделал браслет. Это не запрещено. Ты всегда будешь принадлежать этому храму, Аша. Все с этим согласны, поэтому я хотел, чтобы и у тебя был янтарь.

Я уже не смотрела на украшение, не в силах оторвать взгляд от глаз самого Джуна. Он, его слова, забота и его лицо были в разы прекраснее любого украшения, янтарных подвесок, Священного Клёна и всего остального, что я когда-либо видела.