Книга Иерархия: Наследники, страница 77 – Мари Браулер

— Свойства, ну характеристики сигнала, исходящего из центра Арктики, как-то изменились? — спросил Клеон, не отрываясь смотря на монитор.

Астрофизики переглянулись, не понимая, что именно хочет знать приезжий ученый. Усиление частоты излучения уже было озвучено, какие могут быть другие характеристики у излучения, мощнее нейтронного?

— Странно, — первым отреагировал молодой астрофизик. — Просматривая статистику с радиотелескопа за последние сутки, кроме изменения частоты, можно увидеть и другую… так скажем аномалию…

— Что именно изменилось? — нетерпеливо спросил Клеон, снова вызвав удивление остальных специалистов.

— Не знаю даже, как и сказать…, — пробормотал неуверенно молодой ученый. — Господин Ставинский, как можно объяснить эти цифры?

Ставинский надвинул плотнее очки и подошел к сенсорному монитору, на котором молодой астрофизик просматривал показания. На лице опытного ученого росло удивление по мере того, как он листал страницу за страницей.

— Кто-нибудь объяснит, что происходит? — вступил Гринлоу, выражая нетерпение от отсутствия объяснений непонятным явлениям.

— Хм… точного термина для этого ни в физике, ни в астрофизике нет…, — сказал Ставинский, не отрываясь от рядов цифр. — Скажем так, вместе с частотой изменилась плотность потока нейтронов, что в принципе невозможно.

— Излучение стало намного плотнее, верно? — спросил Клеон.

— Не совсем верное утверждение, — в голосе Ставинского зазвучали лекторские нотки. — Плотность нейтронного излучения, как размерность полного интегрального потока нейтронов не может превышать установленных значений. Плотность излучения не может измениться по определению.

— Также не может измениться плотность самих нейтронов, — продолжал менторским тоном астрофизик. — То что мы видим сейчас на мониторе, оборудование показывает изменение плотности потока нейтронов, то есть количество нейтронов, которые находятся на площади поперечного сечения.

— Следовательно, в самом простом варианте мы можем сказать, что нейтронов стало больше на установленной единице площади, верно? — сосредоточенно размышляя о чем-то, спросил Клеон.

— Да, частично, — вступил молодой физик. — Нейтронов не просто стало больше на определенной площади, еще и изменилась скорость движения. Так как плотность потока представляет собой количество нейтронов, умноженное на скорость, мы видим существенное увеличение и количества, и скорости.

— Что это объясняет? — Гринлоу выражал все больше нетерпения, пытаясь найти хоть какие-нибудь объяснения странным явлениям.

— Все очень просто, — Клеон начал до того, как успели вступить физики. — Места сигналов излучения явно связаны единой сетью. Я уже говорил, что на самом деле источники производят не нейтронное излучение. Просто оборудование, которые мы имеем, не может распознать чуждую, инородную, энергию, и определяет колебания в знакомых величинах нейтронного потока.

Гринлоу внимательно посмотрел на Клеона после утверждения, что энергия, с которой исследователи имеют дело — инородная.

— Каким образом связано существенное увеличение плотности потока нейтронов с исчезнувшим сигналом от одного из носителей? — спросил Гринлоу, решив пока не затрагивать тему инородности излучения.

— Здесь как раз-таки все понятно, — пожал плечами Клеон, не замечая, что вокруг него собралось уже два десятка ученых со всей лаборатории. — Источники излучения, как мы их называем, образуют единую энергетическую сеть. Вы же все видели на мониторах. И точно определили, что в центре Северного полюса излучение сильнее примерно в три раза, чем в остальных местах.