Книга Проклятье Первородных, страница 142 – Мари Браулер

Зачем он снова пошел в центр пространства внутри стометровых гладких скал, прекрасно уже понимая, что там обнаружит? Он же уже знал про проходы, «врата в бездну». Точно знал, что обнаружить в центре.

Объяснить непреодолимое влечение все увидеть собственными глазами Клеон не мог. Мозг всеми силами сопротивлялся, подавая мощные импульсы телу, сигнализирующие о дикой опасности. Память для этого и развивалась в процессе эволюции, чтобы хранить информацию о местах опасности и предупреждать человека держаться подальше от источников угрозы.

Все это Клеон понимал, но продолжал медленно идти вперед, с трудом передвигая ноги. По мере продвижения свет фонаря тускнел, не потому что, садились батарейки, а потому что черный блеск становился все интенсивнее.

— Не могу определить природу и источник такого свечения, — Клеон не мог переносить пустую тишину, заполненную мерцающим черным светом. — Я все равно не могу понять, как свет может быть черным?

Клеон употреблял сочетание «черный свет», понимая, что слова исключают друг друга. Но по-другому описать то, что он видел, не мог.

Он все же выключил фонарь и посмотрел прямо перед собой, чтобы хоть примерно определить природу неизвестного света, который видит уже третий раз. Он вглядывался в мечущиеся прямо перед глазами угольные искры.

— Такого не может быть… Движение другое, совсем другое, черный свет — живой…, — успел прошептать Клеон до того, как обхватил голову руками, согнулся пополам и чуть не рухнул на базальтовое основание.

До того, как голову чуть не разорвало от ощущения впившихся тысяч острых иголок, он успел понять, что свечение — неоднородное.

Клеон не сильно разбирался в физике, но, как и любой другой человек, сразу ощутил мерзкую чужеродность окружающего освещения. Он успел разглядеть приближающиеся к глазам тысячи угольно-черных точек, постоянно перемещающихся и сливающихся друг с другом. Мелкие точки вблизи оказались едва различимыми вытянутыми сфероидальными пузырьками, которые ежесекундно лопались и выбрасывали густые капли маслянистой жидкости.

Голову разрывало не только от ощущения леденящей инородности всего происходящего. В последнюю секунду Клеону показалось, что сфероидальные лопающиеся пузырьки складываются в размытую картину. Спасло Клеона от безумия в тот момент только то, что он не успел разглядеть сам образ.

— Господи, да что же это такое? — Прошептал Клеон, когда после серии глубоких вдохов сердце немного замедлило свой стук.

— Вокруг не свет, совсем не свет. Частицы… это крупицы одного целого… Как может сущность разложить себя буквально на молекулы? — Бессвязное озвучивание увиденного хоть немного удерживало на самом краю пропасти, после которой мозг окончательно сдается на власть безумию.

Клеон сидел на корточках сжав голову, пытаясь успокоиться.

«Померещилось, просто показалось», — мелькающие мысли в голове пытались вернуть привычную работу мозга после того, как неведомая мощнейшая воля пыталась разбить сознание на мелкие кусочки.

Плохо получалось. Перед глазами стояла не до конца собранный образ (слава Богу!). Черный блеск, освещающий все места внутри громадных базальтовых блоков, представлял собой миллионы мельчайших молекул, притягивающихся друг к другу неизмеримой концентрацией и волей.