Книга Проклятье Первородных, страница 52 – Мари Браулер

— Привет. Не знаю, помните ли Вы меня? — Трубку на том конце подняли, когда Клеон уже собирался положить ее. — Это Клеон. Клеон Найрам.

— Помню, — голос выдавал пожилой возраст говорившего, но по-прежнему звучал очень бодро. — Как можно забыть настолько известного ученого в области культурной антропологии? Слежу за твоими успехами.

«Сколько же ему лет? — пронеслось быстро в голове. — Больше шестидесяти пяти точно. Хорошо держится».

— Да есть немного, — Клеон никогда не любил говорить о своих успехах, так как глубоко внутри всегда ощущал, что, выбрав официальную науку, предал самое дорогое, что у него было. — У меня к Вам есть небольшая просьба.

— Говори, чем смогу, тем помогу, — в голосе Гринлоу слышалась усмешка. — Что могло понадобиться известному профессору от моей скромной персоны?

Гринлоу называл себя академиком, на самом деле таковым не являлся. Однако для приверженцев альтернативной истории являлся иконой.

Гринлоу опубликовал несколько книг и посвятил более пятидесяти лет своей жизни изучению редких артефактов, исчезнувших цивилизаций и многому другому. Известен он стал благодаря теории, что изначально человечество имело стопроцентный потенциал, который со временем только угасает. Причем на уровне альтернативной истории в его трудах приводилось множество значимых доказательств, что и привлекло внимание Клеона в молодости.

— Мне нужно найти несколько источников, — Клеон с трудом подбирал слова, не собираясь грузить пожилого человека лишними сведениями. — По мифам и легендам древних народов. Даже исчезнувших.

Не хотел Клеон рассказывать о своих выводах. История с исчезновениями девочек никак не входила в поле интересов Гринлоу.

— Какие источники? — голос Гринлоу стал серьезным. Несмотря на сферу исследований, Гринлоу всегда отличался скрупулезностью при изучении любых фактов. Клеон многому научился у академика, в том числе аккуратности и тщательности при анализе любой информации.

— Сложно конкретно сказать, что мне нужно, — Клеон и сам не понимал, почему так настойчиво хотел скрыть от академика суть своих исследований. — Я изучаю древние мифы и легенды. Разных культур и народов. К имеющимся в библиотеках научным источникам по мировой культуре, понятно, доступ открытый. Только мне не хватает информации.

— Тебя интересуют определенные культуры? — Гринлоу полностью включился в разговор, и в голосе появился научный интерес.

— Даже не культуры. Меня интересуют предания и легенды, связанные с определенными местами. — Клеон поморщился, понимая, как глупо это звучит.

— Места это по моей части, ты же знаешь, — Гринлоу не выразил особого удивления. — Какие места конкретно тебя интересуют?

Клеон едва сдержался, чтобы не рассказать Гринлоу все, что удалось собрать к данному моменту. Он еще раз мысленно сдержал себя. Не хотел он впутывать сюда еще и альтернативную историю. За долгие годы в официальной, так сказать, науке, Клеон сделал все, чтобы избавиться от псевдонаучных воззрений, которые теперь считал примитивными. Нахлынувшая ностальгия по совместным исследованиям с академиком Гринлоу и с командой приверженцев была некстати. Да и вряд ли могла помочь найти то, что Клеон искал.

— Меня интересует четыре места. Находятся они на разных континентах, на разных точках планеты, вот в чем проблема. — Клеон открыл блокнот, контролируя себя, чтобы выдавать только нужную часть информации. — Пригодится все. Я изучаю и легенды народов, живущих сейчас на отмеченных мной территориях. Хотя, скорее всего, более полезными будут мифы народов, проживающих на всех этих местах раньше.