Книга Тартуга. Обратно в Хелл, страница 16 – Максим Антипин

В глазах же его спутницы читалось одно: – "очередная потаскуха едет с гулянок". Рэке молчаливо отвечала: – "завидуешь, карга?". Мне все равно. Утром на учебу ехала полная жизни и оптимизма хохотушка. Ночью в общагу вернется холодная, расчетливая хищница.

Мальчик от своего, скорее всего, родственника, может, дедушки не отставал. Только проявляющиеся зачатки животных чувств, были приправлены любопытством, желанием познать неизведанное. Хм, – наша героиня нахмурила милое личико, – люди – странные существа. Малыш глазеет, фантазия рисует: что же там под тканью. Окружающие, наверное, скажут: "мужик растет!". А вот грезы возрастного будут расцениваться как развратные, греховные потуги. Вот так и живем. Ждем, что вырастет мужик, а получаем старых извращенцев.

В руках у ребенка находилась плюшевая змея. Характерные для игрушки S- образные изгибы, черные глаза-бусинки без типичных вертикальных зрачков. Трехзубчатая белоснежная корона. Василиск, не иначе! Хотя, возможно, это мое воображение рисует подобный образ. Наяву все же он выглядел иначе, но я сейчас не об этом. – Я тоже стану им. Царицей пресмыкающихся, княгиня гадов и ползучих! Мне не нужны уши, да их – то и не должно быть. Своим телом буду чувствовать вибрацию жертв, гордо шагающих по бренной земле в объятия своей смерти! Так рассуждала в тот момент рассерженная девушка Рэке!

Резко посмотрела прямо в глаза тёртому развратнику. Он даже слегка оторопел. "Вместо моих прелестей взгляни на мое лицо! Какое оно усталое, печальное, траурное. Хоть у меня никто не умер. Неизлечимая болезнь меня не коснулась. Лишь поигрались, да и только. Переживем. Приму душ, переоденусь. Вода освежает. Не так много людей меня и знают. А вдруг Лжепрофессор может принимать и облик женщин?".

В этот момент засосало под ложечкой. Страх, паника, на миг завладели сознанием. Разнесет по всему институту о нас. Потом что делать? Ведь обществу только дай сытную кость, и оно будет обсасывать ее до бесконечности. Хотя, наши опасения, как и ожидания, зачастую гипертрофированы. Они не отвечают действительности. Пока не случилось, переживать не о чем.

Огни Антара мелькали за окном. Скоро моя остановочка. Блеснем перед молчаливыми наблюдателями другой стороной моей изумительной фигуры. Рэке заулыбалась. Пора. Грациозно и в то же время несколько лениво поднялась с сиденья, неторопливо подошла к выходной двери. Взоры всех трех ощущала на себе. Чуть ниже поясницы, в том месте, откуда ноги берут свое начало. Самые пристальные, жадные взгляды! Созерцайте молодые чарующие изгибы, пусть отчеканятся они в вашей памяти, презренные!

Створки двери, тихо скрипнув, разъехались, позволив усталой путнице вновь попасть в объятья неоновых джунглей. Чарующая красота столицы, еще утром вызывавшая детский восторг, отныне утратила свое очарование. Да, яркие вывески зданий, чья архитектура завораживает. Прилично одетые люди, как правило, спокойно следуют по своим делам. Куда торопиться ночью? Коли ситуация не экстренная, насладись прогулкой, будь счастлив, вдыхая свежий воздух после недавнего дождя. Рэке теперь по-другому рассматривала цивилизованные рукотворные дебри, именуемые городом.

"Яркие цветы – вывески, манят своими соцветиями. Только вдохни их аромат, как рискуешь остаться без своих кровных. Обзаведясь какой-нибудь безделушкой. Дома – горы и холмы, в недрах которых живут самые разнообразные создания, полные личных секретов. Они делятся ими неохотно, и, заглянув к ним, рискуешь потратить много бесценного времени зря. Однако флора не так опасна, как фауна люминесцентного ада. Благовоспитанные граждане зачастую носят личины примерности, чести, а по факту – под ней сущность диких зверей. Зазеваешься на водопое, и вот уже какой-нибудь крокодил тащит тебя в грязную воду. Нет, он не разорвет тебя заживо на части. Ты попросту захлебнешься. Трапеза будет после. Может, с толстой ветки, скрытой в кроне вековых деревьев, на тебя обрушится пума? Засадой послужит крупный ветвистый куст или скалистый выступ. Кугуар мощным ударом лапы сломает хребет или, сжав мощные челюсти на нежной шее, задушит.