Книга Лордария – Королевство восьми островов, страница 63 – Филипп Краснов

* * *

Выйдя наружу, Харманд сразу окунулся в мир суеты и беспокойства. Маленькая община урсолов, общим числом едва переваливающая за сотню, пришла в обычное ей в дни посвящений возбуждение. Женщины были заняты приготовлением еды к предстоящему, с обеда и до заката, пиру, немногочисленные дети как могли, помогали им, а сами урсолы уже занимали свои места за длинным столом возле ритуального круга, который образовали собой аккуратно расставленные каменные глыбы.

Харманд до конца не понимал в чём их сила, сами урсолы говорили что, мол, они помогают содержать тело испытуемого в безопасности, пока его разум витает во снах, но точно подтверждено это не было. Вообще, всё, что связано с ритуалом урсолов, сокрыто большой тайной, о которой мало что знают даже сами люди-медведи.

Обернувшись и заметив, что его сын замер на месте, вождь сделал несколько выразительных покашливаний, которые как бы говорили, что ему нужно перестать впадать в прострацию и не позорить его перед остальными членами общины.

— Уолахфрид, наконец, вы явились, – поприветствовал вождя один из старейшин урсолов.

Всего старейшин осталось трое, Харманд не мог даже примерно сказать, сколько им лет, но знал точно, что не меньше ста.

— А то я уж думал, – прошелестел старик, – что твой сын, памятуя о судьбе братьев, откажется участвовать в ритуале.

«Этот уже точно отжил своё», – злобно подумал Харманд, сделав вид, что не услышал его оскорбительные слова.

— И запятнать своё имя клеймом труса? – вскинулся вождь. – Ну, нет, мой сын не из робкого десятка и все вы скоро это поймёте!

— Он сказал это так пылко, – услышал Харманд за спиной чей-то тихий гнусавый голос, – как думаешь, он, и правда верит в то, что говорит или просто притворяется, чтобы не упасть в грязь лицом перед своим народом?

Обернувшись, он уже знал, кого увидит – высокий, мощный, больше него чуть ли не в два раза, а ведь он ещё даже не стал урсолом.

— На твоём месте Экехард, я бы попридержал язык, ты поносишь своего вождя.

— Во-о-ождя, – растягивая и словно пробуя на вкус это слово, призадумался громила, – да, пока что он наш вождь, но его правлению придёт конец, когда последний из его сыновей через четыре дня разорвёт свою плоть.

Лицо Харманда налилось кровью, он очень хотел ответить Экехарду, но сдержался, утопив свой гнев, в сжатых добела кулаках.

Ещё раз, смерив его тупым презрительным взглядом, Экехард хмыкнул и пошёл в сторону круга.

«И почему мы с ним родились в один год», – глубоко выдохнув, покачал головой Харманд, – «Мне мог бы достаться кто-нибудь, хоть не настолько массивный, и вполовину менее гадкий, но нет же. Держу пари, он даже мысли не держит в голове о том, что может не пройти испытание, он ведь уже выглядит как настоящий медведь».

Мысли Харманда потонули в приветственном гвалте, которым урсолы окатили подошедшего к ним Экехарда. Больше всего на свете сейчас, он хотел бы оказаться на его месте – единственный ребёнок в семье, но зато какой, в прошлом же все его предки успешно проходили испытания и становились урсолами. А что у него? Отец, который добился всего сам, плохонькая родословная, в которой урсолами становилась едва ли четверть всех мужчин – перспектива весьма и весьма сомнительная.

В какой-то момент, заметив, что на него никто не обращает внимания, Харманду в голову пришла мысль: