Книга Герцог. Книга 1. Формула геноцида, страница 29 – Евгений Юллем

— Смотря, сколько вам надо.

— Сколько? — хороший вопрос.

А действительно, сколько? На то, что я задумал, пока небольшое количество.

— Два стандартных бочонка. Причем, во втором — пороховая пыль, та, что пройдет сквозь сито.

— Ну такое количество — да, а вот большее — вряд ли. Для этого нужны мельницы-бегуны…

— Магистр, я поставил вам задачу, — перебил его я. — Как ее выполнить — ваша задача. Я даю вам деньги и ресурсы. Кроме того, напишу вам индульгенцию — да, кроме Воли Короля, у меня еще есть жетон магистра Искореняющих — и вы приступаете к работе. А кроме пороха вы сделаете мне вот что…

Загрузив Броэтона по полной и подробно объяснив и расписав ему на бумаге, что должно быть и как, я с легким сердцем проводил его до дверей. Справится, никуда не денется. Не сомневаюсь. Все равно, лучшего химика мне на Гравии не сыскать, а слишком уж посторонних людей я привлекать не хотел.

Теперь оставалось поехать в магистрат Осгена, навести там кошмара и приказать построить еще одну мануфактуру. Как и что там будет — мне без разницы, я не соврал. Главное, чтобы продукция шла. По крайней мере, чтобы через месяц порох шел если не в промышленных масштабах, хотя бы в кустарных на первое время. Будем создавать пороховые склады и копить его, пока моя будущая, существующая лишь в задумках мануфактура, не начнет производить в тех же масштабах пороховое оружие. И тут у меня, похоже, намечается путешествие на Тарисо. Побеседовать с управляющим Лундийско-Гравийской компании и повидать старых друзей, которых я собирался припахать и пристроить к общему делу. Ком дел, наматывающийся на вроде бы рутинное задание, рос и полнел на дрожжах.

— Друг! — позвал я голосом, заодно продублировав ментальным призываом. — Выходи, поедем!

Из двери появился пес, как всегда языком протирающий глаза. Видимо, хорошо покормили. Вот что значит врожденное обаяние плюс ментальная коррекция поведения поваров! Это они еще не раскусили наглую пушистую морду.

Я открыл дверцу фургона и собакин, степенно последовав до входа, лениво полез через ступеньки и неторопливо улегся на своем законном месте в спальнике.

— Опять обожрался? Смотри, чтобы не укачало, — сказал я ему.

В ответ получил ментальное «Фи».

— Ну, как знаешь. Обедать будем поздно и уже в Осгене.

Пес лишь глаза закрыл. Это его сейчас не интересовало.

Я усмехнулся и нажал на газ, выводя фургон со двора.

Проведя с пользой три дня на Гравии, я возвращался с тяжело груженым фургоном. Добрые колонисты набили кузов всевозможными деликатесами собственного производства доверху.

Тяжелее всего краткий путь через порталы до Сенара выдержал пес. Его нежный слух беспокоило позвякивание ящиков с бутылками, а обоняние просто мучало бедную животину. Попробуйте-ка спокойно проехаться, когда в кабине одуряющий запах копченых оленьих окороков и прочей пахучей снеди! Тут для меня пытка, а для собакина — просто мучение в аду, когда близок локоть, а не укусишь.

Так что, когда я подъехал к дому Ария, пес уже находился на грани умопомрачения.

— Вернулся? — встретил меня на пороге Арий.

— Ага. Помоги фургон разгрузить.

— Ого! — присвистнул он, когда заглянул внутрь.

— Ага, — в тон ему ответил я.

— Презенты от добрых колонистов?

— От очень благодарных колонистов, питающих ко мне добрые чувства.