Книга Эпоха Сочувствия Том 1: Балы и бомбы, страница 35 – Святослав Макаревский

— Хорошо, – недовольно вздохнул Илдвиг. Он, конечно, не верил, что его охранники могут сочувствовать революционерам и доносить о нём, однако… Однако пусть будет так. Он попросил охранников выйти вместе с капитаном, а Димеона – остаться.

— Если я не буду доверять собственному денщику! – сказал Илдвиг Харизару. – Был бы он революционером, он меня бы давно зарезал чем-нибудь или отравил бы.

— Прошу разрешить мне остаться, – насупился капитан. – Мне моя… моя воинская честь запрещает оставлять охраняемое лицо в присутствии посторонних людей. К тому же, это сын моего господина, Его Королевского Высочества Асмунда.

— Нашла коса на камень, – буркнул Харизар. – Ладно, вам, капитан, я доверяю. А вам, – он поглядел на денщика, – нет! Врач полковника Фазая…

— Тогда вам нечего мне сказать! – не выдержал Илдвиг. Может, Охранитель и был прав… Может быть, Димеон по неосторожности, пьянствуя с кем-то или в обычном разговоре, обронил какую-то важную информацию… Может, он действительно, как и врач Фазая – законспирированный агент революции. Однако, притворявшийся поручиком человек принцу решительно не нравился, и Илдвиг вообще не хотел его видеть. Что ж, если Охранитель уйдёт – тем лучше!

Харизар побагровел, однако, сдержался и не стал кричать на Илдвига. Хотя бы на это у него хватило мозгов!

Димеон беспокойно жался, переминаясь с ноги на ногу. Харизар смотрел на него так, будто эта нервозность была признаком вины. Илдвиг понимал, что тому просто некомфортно.

— Ладно, выйди пожалуйста, Димеон, – сказал он, решив, что не стоит испытывать нервы денщика ради утверждения своего превосходства над этим Охранителем. Всё равно, Димеону тут делать нечего. – Приготовь пока чайку.

Денщик подчинился, поклонился и покинул комнату – кажется, даже с облегчением. Лицо Харизара ни капли не изменилось.

— Ну что ж, теперь вы сообщите мне, ради чего пришли сюда? – спросил Илдвиг.

Харизар резко бросился к двери, прижался к ней ухом, боясь, что кто-то будет подслушивать.

— Спасибо, Ваше Высочество, – тихо сказал он. – Знаете, почему поезд задержали? Он уже должен подъезжать к Синбулу, но стоит здесь.

В этот самый момент поезд тронулся, и Харизар от неожиданного толчка чуть не свалился – удержался за ручку двери.

— Уже не стоит, но не суть важно, – поправился Охранитель. – Поезд задержали не из-за весеннего снега. На шпалы, под снег, положили взрывчатку.

Илдвиг почувствовал, как по коже идут мурашки. Неужели он так близко был… так близко был к смерти? Неужели он мог умереть во сне, так просто – взрыв и всё! Но судьба была благосклонна к нему, и он избежал такого исхода событий…

— К счастью, мы были настороже, потому что подозревали, что произойдёт покушение. Однако, исполнители пойманы не были – оба человека, пытавшихся спрятать бомбу, умерли. Один от наших пуль, другой убил себя сам. Вы понимаете, к чему я веду?

— К чему? – хрипло выдавил Илдвиг.

— Кто-то знал, что вы сегодня поедете на этом поезде, Ваше Высочество! Ведь не могли же революционеры взять и взорвать обычный гражданский поезд – это бессмысленно, а вот убить вас… – резко понизил голос Охранитель.

Илдвиг помотал головой. Неужели кто-то в Коршадже или – о ужас! – его собственных охранников, может, даже денщик Димеон… неужели кто-то из них хотел его смерти?