Книга Эпоха Сочувствия Том 1: Балы и бомбы, страница 97 – Святослав Макаревский

И самое главное – в Эрминктали Бернан Варидэн лишь развлекался, а если и упоминал о своих делах там, то очень вскользь и абстрактно. Создавалось ощущение, что он только отдыхал. В Эрминктали времени провести планировал ведь немного, а в итоге остался больше чем на полторы декады!

— Бернан Варидэн, может быть, захочет нас найти, – из размышлений его вырвала сестра. – И если он продолжит делать вид, что меня нет, я… я не знаю, что сделаю! Может, скажу ему, что нет смысла около меня… ошиваться, именно так и скажу!

— Ты выглядишь очень целеустремлённо, – иронично ответила Лиомелина, чем заставила камеристку Дарианны расхохотаться. Сестра недовольно посмотрела на служанку, но ничего не сказала. Мерида смеялась, прикрыв руками рот и качая из стороны в сторону головой.

— Лима, а ты выглядишь неподражаемо и очаровательно, – улыбнулся Энаццо и коротко, чтобы никто на платформе не увидел, поцеловал её в мочку уха. Жена улыбнулась, а сестра закатила глаза.

— Мерида, это и впрямь смешно? – осведомилась Дарианна.

— Уж простите! Надеюсь, если вы решите меня рассчитать, купите хотя бы билет до Эссении, – отшутилась та.

— Я думаю, на третий класс у тебя денег хватит, – мстительно улыбнулась Дарианна.

— Вы что! Я ниже второго не путешествую! – Мерида в притворном ужасе схватилась за сердце.

Какой у них дуэт! Вот у Энаццо с Дарсеном так не получалось общаться. Чувствовалось всё равно какое-то расстояние. Энаццо некомфортно попросту было. Он знал, что они не равны, и изображать равенство ему казалось очень лицемерным – по той причине, что у него имелась над камердинером какая-никакая власть.

А здесь… и Мерида совершенно спокойно себя чувствует, несмотря на то что Дарианне физически ничто не мешает её в любой момент уволить и бросить хоть в Вигионе, хоть в Эрминктали!

Энаццо снова переключился и стал уже размышлять об отношениях своих жены и сестры. Почему они обе не могли вести себя мирно? Будто бы боролись за его внимание! Да нет, ерунда какая-то… тем более, Лиомелина эмансипистка… если б действительно между нею и Дарианной завязалась битва за Энаццо, она бы нарочно, из принципа, просто не стала бы в этой битве участвовать! Для эмансипированной женщины мужчина не может быть центром мира.

Значит, дело в другом… Или же Лиомелина ведёт это сражение подсознательно, не отдавая себе в этом отчёт?

— Приедет ли в итоге ваш отец? – спросила Лиомелина.

— Судя по всему, нет. Выполняет свои общественные функции, – разочарованно вздохнул Энаццо. Ну, мать будет, да и брат хотя бы обещал появиться.

Родители самой Лиомелины в столицу тоже не собирались – впрочем, они-то хотя бы родственниками Дарианны не были!

Когда Одэтисы, сопровождаемые Меридой, вышли из здания вокзала, преследуемые носильщиком с багажной тележкой, ночь уже вступила в свои законные права. Многочисленные газовые фонари на чугунных столбах освещали привокзальную площадь, где к прибытию поезда собралась армия извозчиков на разного рода экипажах. Около самого вокзала стояла караульная будка с полицейским, Энаццо также заметил несколько жандармов. Наверняка на площади ещё присутствовали тайные агенты полицмейстерства и прочие наблюдатели…

— Господь Ир-Шаддай! Долго вы, долго… – раздался голос Эррона Дэрши. Энаццо поискал глазами старого друга – тот вынырнул из полумрака. На голове его был цилиндр, рука в облегающей чёрной перчатке держала элегантную трость.