Книга Академия Слов, страница 11 – Сенни Роверро

В чёрной бездне его глаз полыхнула жгучая смесь в определенной степени насмешливого вызова и азарта. Хм... Я пристально прищурилась, не отводя взгляда. Поиграть хочет, да? Весело ему значит? Ну что ж...

— Ну же, Солнцева, – когда пауза затянулась, начал подзуживать профессор, словно был не взрослым солидным мужчиной, а хулиганом-подростком, дразнящим одноклассницу. Даже выражение глаз такое же – хитрое, весёлое, любопытное, провоцирующее, но беззлобное. Видимо, его всё же крепко зацепило то, что ему обо мне рассказывали. – Докажите мне, что всё то, что о вас говорили мои нынешние коллеги и ректоресса, действительно правда. Я ведь только из-за того, как Раиса Георгиевна вас расхваливала, принял её приглашение поработать здесь. Интересно стало, кого там сравнивают со мной. Так докажите же мне, что вы достойны!

То, что он не лжёт и не льстит в последнем я чувствовала – любой слововяз почувствовал бы, ведь мы слишком остро ощущаем слова. И... честно сказать, это было приятно. «С чего бы я вдруг должна кому-то что-то доказывать?» – мелькнула в сознании здравая мысль и тут же пропала, ибо меня уже захлестнул азарт. В прочем, он пробудился в моей мятежной душе в первую же секунду после его предложения убедить его, просто я упорно пыталась придумать вариант, который точно приведёт меня к успеху. Не так-то просто убедить в чём-либо такого человека. Однако это был слишком провокационный вызов, чтобы я могла отказаться. Вот только как одним ударом попасть в цель? Ему ведь точно знакомы все уловки, кроме... кроме тех, которые придумала я, ну конечно! Но и их он ведь может разгадать. Я не соперница профессионалу подобного уровня. У меня в рукаве был лишь один козырь. И после этих его слов я решилась.

— Мой аргумент... – с тщательно отмеренной дозой напряжения и сомнения произнесла я, поджимая напряжённые губы и вновь сужая глаза – игра словами, это ещё и про интонации и мимику, даже если применять личную силу, чего сейчас делать было нельзя – а потом вдруг расслабила лицо и совершенно спокойно, с лёгким вздохом заявила так, словно говорила об очевидном факте. – В прочем, вы ведь всё равно не убедитесь. Я не настолько самонадеянна, чтобы думать, будто смогу убедить в чём-то вас.

На первый взгляд могло показаться, будто я иду на попятную и пытаюсь польстить ему, чтобы смилостивился, однако это было не так. В моих руках сейчас было сразу две нити, за которые я протянула одновременно. Первым был эффект неожиданности – едва ли он ожидал, что я так просто возьму и сдамся без единой попытки атаковать. Скорее всего думал, что я хотя бы попытаюсь, хотя бы выдвину для начала что-нибудь абсурдное, чтобы попробовать аргументировать, а тут... А тут выброшенный белый флаг без малейшего намёка на борьбу. Точнее, иллюзия белого флага, но он едва ли действительно воспринимает меня всерьёз, а потому не должен понять, что я играю.

Второй нитью в моих руках стала лесть. Лесть всегда работала лучше всего на двух типах людей: на тех, кто привык к тому, что его ни во что не ставят, и на тех, кто давно воспринимает признание его превосходства как что-то абсолютно естественное и правильное. В своё время я изучила биографию своего кумира от и до, и теперь это сыграло мне на руку. Я знала, что Киров, как и я, рос в приюте, и там его он был изгоем. Мне хорошо, на собственном опыте известно, что травля просто не может не оставить отпечаток на его психике, ведь травмы были нанесены в «нежном» возрасте и усугублялись много лет подряд. А теперь, будучи давно уже взрослым, Киров точно был привычен к тому, что превосходит всех других в навыках убеждения, так что скорее всего воспримет то, что я признала себя неспособной его убедить, как должное. Разве что удивится тому, как быстро и легко это произошло. Ведь в его представлении я, наверняка, девушка привычная к похвале и уверенная в своих навыках сверх всякой меры, свято уверенная в собственной исключительности. Он был буквально тем, что называют «комбо» – не люблю новомодные словечки, они слишком слабы, но тут оно подходило как нельзя лучше.