Книга Злодейский путь!.. Том 8, страница 115 – Эл Моргот

— Ого! – увидев, что тот открыл глаза, поразился генерал. – Вы в сознании? Понимаете, что я говорю?

— Я… Где я? Что произошло?.. – слабо прошептал Ер.

— Вас нашло контрольное бюро. Вы были сильно ранены. Старейшина Заг из вашего ордена уже осмотрел вас и сказал, что, несмотря на серьезность ранения, вы быстро идете на поправку.

— Что… что происходит?

— Контрольное бюро и заклинатели зачистили город… но мы не уверены, что зараза не разошлась по окрестностям.

— А… как старейшина Муан? Он был вместе со мной.

— Старейшина Муан? – Шуэр нахмурился. – Контрольное бюро нашло только вас.

С каждым словом говорить становилось больнее, но Ер все же вновь разомкнул уста и уточнил:

— А что старейшина Шен?

Он увидел, как после этого вопроса лицо генерала приняло суровое выражение, на скулах заходили желваки.

— Он… – начал Шуэр и замолчал, будто был не в силах подобрать верных слов.

Поднявшись, он прошел по шатру и, остановившись у выхода, бросил:

— Он не мертв. – И вышел наружу.

Ер остался в одиночестве. Уставившись на полотняный полог, он чувствовал острую боль в груди и полное смятение в мыслях.

Никто не знал точно, что произошло. Демнамелас скрылся, а Шен свихнулся. Казалось, за этим должно было последовать нечто масштабное, однако все постепенно стихло. Контрольное бюро разобралось с последствиями произошедшего в Кушоне и выискивало живых мертвецов в окрестностях. Собрание заклинателей больше не поднимало вопрос о старейшине Шене. Тело старейшины пика Славы так и не нашли, но через семь дней его все же было решено признать погибшим.

Когда почти неделю спустя Ал вернулся в орден и впервые увидел его, то решил, что он мертв. Шен лежал между корней наполовину высохшего дерева и выглядел столь бледным и бездыханным, что у Ала не осталось сомнений, что он тоже умер. Закричав или, скорее, отчаянно завыв, Ал бросился к нему и, упав перед ним на колени, потянул к отрешенному лицу дрожащие руки. Он привлек его к себе и плакал навзрыд, сжимая тело, пока Шен протестующе не произнес:

— Ал, пожалуйста…

Парень застыл, словно с ним заговорило привидение.

— Не знаю, кто тебя обидел, но не втягивай меня.

Ал шмыгнул носом и, наконец разжав пальцы, отпустил его плечи.

— Я боялся, что ты умер! Ведь… такие раны… – Ал скосил взгляд на его грудь.

Бинты стали коричневыми от засохшей крови. Еще раз окинув взглядом его с ног до головы, Ал поймал себя на мысли, что, кажется, только сила духовного ядра еще поддерживала в нем жизнь. От таких мыслей на его глаза вновь навернулись слезы.

Здесь было холодно.

— Пойдем домой? – предложил Ал.

— Домой? – недоуменно переспросил Шен и посмотрел вокруг. – Я уже дома.

— Пойдем внутрь, – поправился Ал.

— Ты иди. И не отвлекайся на меня. Занимайся своими делами. Если кто-то обо мне спросит, скажи, что я ушел в длительную медитацию и меня нельзя тревожить.

Ал с сомнением посмотрел на него.

— А мне… а мне можно тебя тревожить?

Шен покачал головой.

— Не вынуждай меня покидать это место. Мне… – он запнулся, – мне когда-то тут нравилось…

Волчара вернулась к Риту, а дух серого лиса вместе с Алом остался на пике Черного лотоса, по-хозяйски оглядываясь вокруг. Он издалека посмотрел на Шена, но не решился к нему приблизиться и скользнул в приоткрытые двери черного замка.