Книга Злодейский путь!.. [том 9], страница 155 – Эл Моргот

Однако Шен, похоже, не замечал всех этих неудобств.

Так они и сидели в тишине, и Муану подумалось, что Шену все же каким-то образом удалось уснуть в такой неудобной позе и с такой неудобной «подушкой».

Он и не догадывался, что Шен в это время наслаждался охватившим его чувством спокойствия и безопасности. Мир, в котором нужно было решать, что делать дальше, призрак, что все еще маячил под носом, — все отодвинулось на задний план, смещенное теплом, исходящим от тела старейшины пика Славы, размеренным биением его сердца и мерным убаюкивающим дыханием. А Шен и не заметил, что все это время, с момента, как Лей погибла, или даже раньше, находился в кошмаре, который только сейчас закончился.

Нет, на самом деле кошмар и не думал кончаться. Но сейчас, в эти минуты, он почти смог убедить себя, что кошмар отступил.

Тепло, безопасно. Уютно. Шен все глубже погружался в дрему, впитывая своей озябшей кожей тепло Муана, но терять контроль было ошибкой. Стоило сну окутать его, как перед глазами возникло лезвие меча, отражающее слепящие солнечные лучи. В реальности движение заняло мгновение, но мгновение отпечаталось в памяти в мельчайших деталях и сейчас растянулось, пока Шен отчетливо рассматривал всю картину. Движение меча. Хрупкая беззащитная шея. Лицо… Он ведь не смотрел на лицо, разве смотрел? Надменный мальчишка хмурит брови, когда осознает, что движение Шена направлено в его сторону. Он хмурится, все еще не понимая опасности. Все еще не осознавая, что через секунду умрет. Он так и не понял этого до самого последнего момента. Понял лишь после того, как кровь из его разрезанной шеи фонтаном окропила лицо, грудь и руки его убийцы. Понял, и в его глазах застывает не испуг, не возмущение и даже не ненависть. В них плещется безграничное удивление.

Он ведь в самом деле был еще мальчишкой. Глупым избалованным парнем, не осознающим ценности чужой жизни. А Шен… Шен осознавал? В тот момент он осознавал ценность жизни?

Убить его было невероятно легко.

Просто потому, что он бесил. Просто потому, что Шен сильнее.

Шен распахнул глаза, слепо уставившись в стену.

Муан ощутил волну дрожи, пронесшейся по его телу, и, чувствуя себя полным идиотом, вновь не нашел ничего получше, чем спросить:

— Ты в порядке?

Шен отстранился и сел ровнее.

— Я… Мне нужно помыться, — осознал он.

— Тебе уже лучше?

Шен растерянно обернулся к нему. Мысли медленно ворочались внутри черепной коробки. Лучше ли ему? Разве ему может стать лучше?

Казалось, осознание произошедшего еще не полностью улеглось в его голове. И он боялся тех мыслей, которые могут там появиться.

«Я падаю».

Он все еще на той скале?

Нет, он сидит на кровати рядом с Муаном. Все хорошо.

Все хорошо?

Шен протянул руку и с силой сжал его ладонь. Да, он прямо здесь.

Но что-то внутри него откуда-то сорвалось и падает.

Какое… странное ощущение.

— Все… хорошо? — заглянув в глаза мечнику, спросил он.

Его взгляд казался потерянным. Муан не понял вопроса, но, казалось, ответь он сейчас все, что угодно — и Шен поверит безоговорочно. И что же ответить? Ведь Шен не выглядит так, будто все хорошо. Но он знает о своем самочувствии побольше Муана, так что вряд ли спрашивает об этом. Тогда что он имеет в виду под этим своим «все хорошо»? Которое «все»? Все ли будет в порядке из-за снующего поблизости контрольного бюро? Не обвинит ли их теперь эта сторона? Удастся ли в скором времени вернуться в орден?