Книга Злодейский путь!.. [том 11], страница 36 – Эл Моргот

Не перестарался ли он, напоминая ему о его вине? Черт, это на самом деле было так жестоко с его стороны, как ощущается сейчас?

Шен осознал, что еще мгновение — и он сам начнет сожалеть. За своими чувствами он совсем не думал о чувствах того, кто стал всего лишь бестелесной оболочкой. Ему казалось, что больно лишь тем, кто остался, и это нормально — винить того, кто ушел. Вот только Муан ведь никуда не ушел, не собирался уходить, сделал все возможное, чтобы быть рядом, даже когда Шен нацепил на себя заколку, отгоняющую призраков.

Шен тряхнул головой, словно надеясь, что мысли сдвинутся внутри черепной коробки и он легче вернется к первоначальной теме. Муан продолжал отчаянно-беззащитно смотреть на него, словно вся судьба его решались несколькими словами Шена. По сути, так и было: ведь Шен был тем, кто способен вернуть его к полноценной жизни. Однако столь же очевидным было и то, что Муана сейчас заботило совершенно другое решение.

— Думаешь, твое состояние изменилось сегодня? — после затянувшейся паузы уточнил Шен. — После того, как я напитал тебя своей энергией?

— Ну… Полагаешь, это может быть как-то связано?

— А что сейчас?

Муан растерянно посмотрел на него.

— Сейчас, что ты думаешь? Я тебя люблю, как считаешь? Или можно усомниться?

Муан выглядел так отчаянно-пристыженно сейчас, что у Шена на сердце потеплело. Хотелось его обнять. Но у Шена все равно были заняты руки, поэтому он предпочел его добить:

— Или я истосковался по человеческому теплу? Ю Си — достойная альтернатива? Впрочем, если он не подойдет, есть еще Эра и Ал — комплект собрался на все вкусы и предпочтения.

Муан выглядел так, будто, не будь он призраком, схватился бы за расшалившееся сердце.

Шен и сам уже понял, что не вел себя достаточно благоразумно раньше, но продолжил вести себя плохо. Он просто не мог сдержаться, когда вспоминал его слова. Они были словно два психа — у каждого срывало крышу и шатало эмоции из крайности в крайность. И они сидели посреди заливного луга и выясняли, кто из них вел себя хуже (очевидно — Муан!), вокруг притаились алые огоньки-духи, а по телу Шена медленно расползалась скверна.

Кажется, несмотря на всю тяжесть момента, Муан что-то там себе вообразил, что даже замерцал. Шен понял, что пытаться заставить его даже не думать о таких вещах — несколько абсурдно.

— Я бы тебе врезал за те слова, если б ты уже не был призраком.

Муан виновато взглянул на него.

— Однако тебе повезло, что никто, кроме меня, этого не слышал. Хотелось бы верить, что ты просто не смог вовремя осознать своим призрачным умишком, насколько оскорбительно это звучит. Еще раз заденешь мое достоинство, будь уверен… Когда я верну тебе твое тело… Даже после этого, ты так и не узнаешь о моих предпочтениях.

Муан выглядел потрясенным пару мгновений, а затем отчаянно-радостно закивал. Казалось, разговор можно и закончить на столь ужасающем предупреждении, но Шен все же продолжил, теперь — более деловито:

— Возможно, твой разум помутился и эмоции стали так преобладать из-за моей энергии. Может, вместе с силами я передал тебе часть своего помешательства?

— Твоего помешательства? — напряженно переспросил Муан.

— Иногда меня охватывает паника, и я ничего не могу с этим поделать… — произнес Шен и тут же осознал, что зря заговорил об этом.