Книга Соннасарнова. Элит, страница 83 – Эл Моргот

Ex nihilo nihil fit

Постепенно ватная чернота, поглотившая все звуки и чувства, заглушившая все мысли и желания, отступила. Тейн очнулся. Не открывая глаз, он лежал и прислушивался к боли в груди. Дышать ему было трудно и тяжело. Рана оказалась глубже, чем он предполагал. Тейн изо всех сил сфокусировал внимание на ране, на тяжести в груди, чтобы только не вспоминать о том, что произошло. Чтобы только заглушить все мысли о Ферсаат.

Но отвлечься не получилось. И тогда Тейн открыл глаза. С удивлением он обнаружил, что Фира спит рядом с ним на кровати, положив одну руку ему на грудь, придерживая повязку на ране. Алкайдэ накрыл его руку своей, первым его порывом было убрать ее, так как он решил, что это из-за нее трудно дышать. Рука Фиры была теплая. Повелитель теней приподнял ее. И понял, что Кэйн совсем не мешает ему. Тейн легонько сжал его руку и снова прижал к груди. Улыбнувшись, он посмотрел на спящего Фиру и подумал о том, что он, проснувшись, не отдернет руку, подобно мойрам.

Кэйн все не просыпался. Уютно устроившись под боком повелителя теней, он тихонько посапывал. Во сне его лицо казалось совершенно невинным. Тейну вдруг захотелось сделать для него что-нибудь хорошее, доброе… Что-то, чего никогда не делали для человека, не имеющего друзей. Ему захотелось защитить его и заботиться о нем. О человеке, протянувшем ему руку и подставившем плечо, когда он меньше всего ожидал поддержки.

Кэйн приоткрыл левый глаз и оглядел обстановку. Очнувшийся Алкайдэ смотрел на него такими ласковыми глазами, что Фире моментально стало жарко под этим теплым взглядом. Подскочив на кровати, он сел и почувствовал, что Тейн держит его руку, прижимая к груди.

— Прости! — спохватился Кэйн. — Очень больно? Я не ожидал, что засну! Прости! — Фира виновато склонил голову, потянув руку на себя, но Алкайдэ удержал ее.

— Все в порядке, — улыбнулся он. — Спасибо тебе.

Он продолжал держать его руку, наслаждаясь тем, что Фира больше не пытался ее вырвать.

— Э-э, не за что, — протянул Кэйн, внимательно глядя на Алкайдэ.

Его смущало то, что он улыбается. Тепло ему улыбается. Логика подсказывала, что больному с такой раной должно быть не до улыбок. А если вспомнить события, произошедшие вчера… Его улыбка больно обжигала, словно кнутом. Какая боль скрывалась за этими теплыми глазами? И за что он благодарит его? Фира подумал, что никто никогда не смотрел на него так. Такой взгляд для него в новинку. От этого взгляда на душе становилось больно. Но… это была приятная боль. Со всевозрастающим изумлением Фира вдруг почувствовал, что по его щекам струятся слезы.

— Ты… плачешь? — удивленно спросил Тейн, чуть крепче сжимая его руку. — Но почему?

— Потому что ты не можешь, — все еще удивляясь своему поведению, всхлипнул Фира. — Это так странно, я не понимаю, почему… Почему ты улыбаешься?

— Потому что теперь я уверен: у меня есть друг, — и Тейн протянул руку, ласково стирая слезы с Фириной щеки.

— Кто он? — спросил Кэйн, ставя Тейна в тупик. — Кто твой друг?

Алкайдэ посмотрел на него, чуть не задохнувшись от возмущения.

— Шучу, — спохватился Фира, улыбаясь.

Тейн тоже рассмеялся, а потом откинулся в изнеможении на подушку.

— Как рана? — стал серьезным Фира. — Что я могу сделать?