Книга Последний солдат, страница 72 – Алексей Шумилов

— Так и сделаю, — киваю я, — сейчас она уже убежала, в понедельник после тренировки с ней пообщаюсь. Посоветуюсь с Вероникой, вы поговорите с Подольским, и если все будет нормально, пойдем вместе к Дмитрию Михайловичу.

— Ты только учти, — наставительно поднимает палец тренер, — задумка у тебя очень хорошая, но и ответственность будет большая. Ты должен сам показывать пример всем остальным и отвечать за всех и за каждого. Не передо мной, а перед собой в первую очередь.

— Я знаю, — тихо отвечаю наставнику.

Если бы ты знал, Игорь Семенович, для чего это мне нужно и что я планирую сделать… Очень хотелось бы посмотреть на твою реакцию…

— Больше вопросов никаких нет? — уточняет Зорин.

— Все, что хотел, я с вами обсудил.

— Ну и отлично. Может, чайку? — наставник лезет в ящик за кипятильником.

— Нет, спасибо. Мне нужно бежать. С отцом еще поговорить надо, — вежливо отказываюсь от предложения радушного хозяина.

— Тогда до встречи, Леша, — тренер протягивает руку.

— До свидания, Игорь Семенович, — крепко жму стальную ладонь наставника.

19 сентября 1978 года. Вторник

Капитан Трофимов устало потер ладонями покрасневшие глаза. Страшно хотелось спать. Ночью пришлось трястись в «уазике», возвращаясь из командировки в столицу, а утром он уже сидел в своем кабинете.

Ранее Трофимову пришлось пробыть целый день в небольшом особнячке на Пречистенке, где располагался Особый отдел КГБ по Московскому военному округу.

Капитана вызвало начальство. Официально для отчетности о проделанной работе. Неофициально, после «разбора полетов», его «имели» в самых разнообразных эротических позах.

Сначала подчиненного «приводил в тонус» полковник Кириллов.

— Как-то все у тебя слишком хорошо, Трофимов, — лицо заместителя ОО КГБ скривилось в издевательской ухмылке. — Тишь да гладь, божья благодать. Ничего не происходит, за исключением каких-то мелочей. Все хорошо, прекрасная маркиза?

— Василий Афанасьевич… — начал неуверенно отвечать капитан.

— Помолчи, — тяжелая ладонь полковника раздраженно хлопнула по лакированной столешнице. — Так не бывает! Что-то ты просмотрел, Сергей Петрович. У тебя не возникает такого впечатления?

— Пока нет, — осторожно ответил особист.

— Ладно, — Кириллов рывком встал, отодвинув стул, — пойдем, нас на ковер вызывают.

Через пять минут они уже сидели в кабинете начальника ОО Иванова. Шестидесятилетний представительный мужик, прошедший всю войну от Черновицкой области до стен рейхстага и успевший побывать оперуполномоченным ОО НКВД и ОКР СМЕРШ, был суров и немногословен.

— Трофимов, ты что, там совсем мышей не ловишь? — от начальственного рыка задрожали стекла. — Может, тебя на незаслуженный отдых отправить, по служебному несоответствию?

Капитан стоял перед генерал-майором, вытянувшись по струнке, с каменным выражением лица, получая разнос. Но пылающее жаром лицо, стиснутые зубы и прозрачная капелька, медленно ползущая по виску, выдавали его состояние.

После небольшой воспитательной порки подчиненного Леонид Георгиевич успокоился.

— Значит так, Трофимов. Иди и работай. Имеются сигналы, что не все ладно в твоей части. Полковник Чернов очень расслабился. И своих подчиненных распустил. Делай что хочешь, но дай мне результат. Я хочу знать правду, что там у тебя происходит. Ты все понял?