Книга Круги на воде, страница 104 – Дмитрий Шебалин

Незнакомец покачал головой, и хоть я не видел его лица, мне отчего-то показалось, что он улыбается.

— Я не настолько узко мыслю, чтобы опуститься до такого упрощения. Ковчег — это одновременно и дар, и проклятье. Словно огонь, который получили первобытные люди. А ты подобен Прометею, его им даровавшему.

— Помнится, по легенде судьба этого героя оказалась незавидной. Он был жестоко за это наказан.

— Однажды найдутся те, кто захочет поступить с тобой точно так же. Ведь неудачи и страх порождают ненависть, а для неё обязательно должна быть выбрана цель. Так что тебе в отличии от героя мифов пока что стоит опасаться не создателей Ковчега, а тех, кто «обжёгся» о принесённый тобой «огонь».

— И всё-таки, ты не ответил. Кто ты такой?

— Так тебя волнует имя? Или же суть?

— Одно не отделимо от другого.

— Ошибаешься, — покачал головой незнакомец. — Не меняя имени, я могу стать союзником или врагом. Зависит от выбранного тобой пути. Могу наставлять тебя и вести к цели. Но это будет стоить тебе свободы и амбиций. А еще я могу стать тобой и забрать себе твоё предназначение.

Тёмный провал под капюшоном подернулся рябью, и на меня вдруг глянуло моё же собственное отражение. Оно почему-то ехидно улыбалось, словно ожидая моего удивления. Но мне, наоборот, наконец-то стало ясно, с кем меня угораздило столкнуться.

— Вот уж не думал, что до меня есть дело сильнейшему из всех героев Земли, — пытаясь скрыть волнение, заявил я.

— Не льсти мне. Сила не определяется только лишь рангом. И даже так в мире найдётся с десяток тех, кто так же, как и я, уже бьётся в закрытую дверь, подбирая к ней ключи.

— И чем я могу вам в этом помочь?

— Себе тоже не льсти. Пока что ты слишком слаб, чтобы быть хоть сколько-то полезен. Да к тому же застрял, как и многие другие, в самом начале своего пути. Но я могу помочь тебе сдвинуться с мёртвой точки.

— С чего бы вдруг такая щедрость? — поинтересовался я.

— А кто тебе сказал, что это будет мне хоть чего-то стоить? Я лишь дам тебе смелость, которой вам всем так не хватает. Дальше ты сделаешь всё сам.

— Даже если я не прошу ни о какой помощи?

— Не благодари.

И в мыслях такого не было. Но я разумно промолчал. Несмотря на отсутствие прямых угроз я не позволял себе обманываться. Моя жизнь сейчас висит на волоске. И если Миррор (а это без сомнения был он) почувствует разочарование, может его и оборвать. Нужно рассуждать здраво и вместо претензий и обвинений попытаться разобраться в том, что здесь происходит. И понять, какая роль во всем этом уготована мне.

— Что тогда от меня требуется?

— Для начала, стать сильнее.

— А после?

— Стать ещё сильнее.

— Дай догадаюсь, дальше потребуется стать ещё сильнее, верно?

Я позволил себе немного сарказма, но получил вполне серьёзный ответ.

— Именно так. Но всё это время ты должен непрестанно задавать вопросы и искать на них ответы.

— О чём?

— Обо всём этом, — моё отражение обвело руками унылое пространство вокруг нас. — Разве тебе не интересно узнать, кем и для чего всё это затеяно? Какую цель ставит перед собой Ковчег, отправляя нас на испытания? Преследует ли он выгоду? Творит ли историю? Или, может, им движет банальное любопытство, и он бросает нас словно камни в спокойную гладь озера, чтобы посмотреть, что будет дальше? Какие после этого разойдутся круги на воде, и насколько сильные они внесут искажения в предопределенный ход вещей.