Книга Чужие интересы, страница 134 – Дмитрий Шебалин

Размышления прервал звон колокольчика за порогом шатра.

— Госпожа Клен, к вам господин Бродрик.

— Пусть войдет.

Господин… Почему-то Жинева только сейчас подумала об этом. Многие зовут его так. Но разве он благородный? Вот теперь даже ее собственные солдаты переняли эту привычку.

В откинутый полог шатра вошел Бродрик, как всегда невозмутимый и уверенный в себе. И если раньше это ее привлекало в нем, то сейчас почему-то начало раздражать. Она слышала, что лишь в бою, да на пиру он проявляет настоящие эмоции. Со своей стороны, не без женской гордости она могла добавить к этому короткому списку еще и их постель.

— Жинева, прошу простить, неотложные дела не позволили прийти раньше. Надеюсь за это время ты не напридумывала воображаемых предательств и коварных планов мести.

— А должна была? — сухо ответила она.

— Женщины склонны к подобному. Но я верю, что ты не только удивительно красива, но и настолько же умна, моя баронесса. И способна смотреть чуть шире и видеть чуть дальше. Я же не ошибаюсь в тебе?

— Бродрик, мне как никогда сейчас хочется пойти по простому пути и устроить самую обычную женскую истерику. Если ты закончил с вступительным словом, то переходи уже к делу. Чего ты хочешь?

Глава наемников неторопливо опустился на сундук с личными вещами баронессы и посмотрел ей в глаза.

— Поднять ставки.

*****************

Утро третьего после переговоров дня было полно новостей и событий.

Во-первых, оно началось с публичной казни, на которую пришел смотреть весь отряд. Казнили ведь не абы кого, и не за дезертирство или воровство. На импровизированном эшафоте, которым служила обычная телега, стоял командир дружины баронессы, ее правая рука, и мой обидчик в недалеком прошлом. Стоял на коленях. Вместе с ним были еще двое ухоженных немолодых мужчин, по виду не воины, может советники. А рядом словно гигант возвышался Бродрик, который зычным голосом обращался к собравшейся публике.

— Сегодня мы вершим суд над предателями, вероломно вступивших в сговор с врагами. Они передавали сведения баронам и готовили удар нам в спину. Эти люди не подвластны полевому суду, потому я спрашиваю госпожу Клен, жить им или умереть?

Баронесса обвела трясущихся от страха мужчин, скулящих, но не способных вымолвить и слова из-за забитых в рот по самое горло кляпов. Лишь глава баронской стражи старался выглядеть гордо, но и его одолевал липкий страх. Одно дело идти в бой, другое на убой. Он потеряет не только жизнь, но и честь. А его семья, став заложником его поступков, вряд ли продолжит жить как прежде.

— В моем баронстве нет места гнили! Такое нужно искоренять без жалости и прощения! Единственное, что я могу даровать им за годы службы, это быструю смерть.

Видимо, из уважения к баронессе, а может для большей показухи, казнь вершил сам Бродрик. Его сильные уверенные удары обезглавили предателей одного за другим. У меня же вид катящихся голов вызвал желание расстаться с завтраком, которое, впрочем, удалось побороть и не ударить в грязь лицом перед товарищами.

— Я хочу обратится к вам, соратники. Я знаю, что в лагере уже ходят слухи о предложенном баронами золоте. Но я так же знаю, что Вепри всегда доводят свои контракты до конца! Никто никогда не посмеет обвинить наш отряд в вероломстве! Это время было нужно нам лишь для того, чтобы поймать всех крыс, мешающим нам идти вперед. Сегодня мы дадим баронам наш ответ. И сегодня же дадим им бой! Во славу нашу, за звон монет!