Книга Плач феникса, страница 12 – Дмитрий Шебалин

— Не уезжай пока из города, — добавил маг. — Твоя помощь в расследовании ещё может понадобиться. Да и Император вскоре обратит свой взор на всех сильных магов, до которых сможет дотянуться.

— Так может, наоборот, лучше оказаться там, до куда он не дотянется.

— Можешь попробовать. Но я бы не рискнул. Есть ещё, что добавить?

— Разве что… — я перевёл взгляд на подошедшего Рейна и его мать. — Бывал я на свадьбах и поинтереснее. И там не приходилось так наряжаться.

— Ха, куда уж интереснее? — кисло улыбнулся молодой парень. — Но так и быть, потраченные на камзолы средства наша семья тебе возместит.

— Буду благодарен. Вот только, сам понимаешь, их шил не абы кто, а настоящий профессионал своего дела.

— И как же его имя? — с сомнением в голосе спросила госпожа Деневиль.

Что ж, не люблю быть голословным.

— Имя? — переспросил я и, чувствуя интерес со стороны других стоящих рядом благородных, чуть громче добавил. — Мастер Дрепьён, единственный и неповторимый.

Блурвель лениво наблюдал за тем, как госпожа Деневиль мечется по своему кабинету, пытаясь прямо на ходу задавать вопросы и тут же находить на них правильные ответы. Такое поведение свойственно многим людям, ведь таким образом они неосознанно погружают себя в медитативный транс, переключая наполненное стрессом и переживаниями тело на простую и понятную ему работу. Самому мастеру эти уловки давно были без надобности.

— Как это вообще могло произойти? Не один, не два… А двадцать пять слуг под контролем мага ковена! У меня в поместье! Разливают отравленное вино в бокалы имперской знати! На свадьбе моего сына! Ты понимаешь, что мы стали настоящим посмешищем для всех других домов? Да я теперь вздрагиваю, когда мне доставляют почту. Каждое второе письмо — это попытка воспользоваться нашей слабостью и выторговать что-то для себя в качестве извинений. Мне уже на улицах Триема страшно появляться.

— Переезжай ко мне, — наигранно легко предложил Блурвель. — Погостишь в моём поместье подальше от неприятных тебе людей, пока всё не уляжется.

— Ты прекрасно знаешь, что это наихудший вариант из всех. Нельзя показывать слабость!

— Тогда покажи им свою силу. Никаких уступок, никаких обещаний, никакого торга. Любая попытка сгладить ситуацию будет означать признание тобой вины.

— Я так и делаю! Но всё это будет иметь смысл лишь до тех пор, пока свои претензии нам не озвучит имперская канцелярия. После этого все остальные будут не намекать, а требовать. И эта неопределённость тяготит меня больше всего. Почему до сих пор молчит Император⁈

— Потому что ему это выгодно, — спокойно ответил маг. — Слова и обещания благородных домов — это прекрасно, но чего они стоят на самом деле? Ему нужен союзник, который ему чем-то обязан. И дом Деневиль первым встал перед ним на колено, поддержав его право на централизацию власти на время грядущей войны.

— А что мне ещё оставалось делать после случившегося⁈ — всё так же на ходу воскликнула хозяйка кабинета.

Но вдруг она резко остановилась и вперила пышущий яростью взгляд в своего гостя. Вколачивая каждое слово, будто гвоздь, она произнесла:

— Ты должен разобраться во всём, Блурвель. И найти предателей!

— Я уже над этим работаю. И не смотри на меня так. Если бы ты с самого начала позволила мне заниматься охраной мероприятия, то вряд ли была бы в подобной ситуации сейчас. Но ты поддалась на провокации других семей, шепчущихся о том, что мастер-лекарь оказывает на тебя и твой род слишком много влияния.