Книга Кодекс Охотника # 45, страница 18 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

Когда я поднял голову, то понял, что не зря малой взял эту энергию… ведь Шнырька уже разгонялся.

Со стороны это выглядело так, что я едва не заржал в голос, несмотря на пляшущие перед моими глазами круги. Мелкий встал на задние лапы, отвел переднюю и начал ее раскручивать, всё быстрее и быстрее, совсем как в тех земных мультиках, где маленький мышонок накручивает лапу пропеллером перед тем, как выписать здоровенному бульдогу. Вокруг лапы наматывалась чернота, сгущалась, тяжелела, вбирая в себя и силу короны, и мою силу, и годы обид на всех тех из Тени, кто когда-то называл его простым бесполезным Шнарком.

Король дернулся, но было уже поздно, потому что Шнырька уже прописал теневому королю просто эпичнейший поджопник!

Звука не было, просто вся глубокая Тень на один миг вздрогнула, как вздрагивает вода в стакане от удара по столу. Огромную фигуру сложило, смяло, оторвало от земли и швырнуло вверх и в сторону, туда, где пространство переставало быть пространством, а начиналось то самое великое ничто, из которого он однажды выполз и в которое так не хотел возвращаться. Раньше его удержала бы привязка. Она вытянула бы его обратно, собрала бы по крупицам и дала бы еще пару веков на восстановление. Вот только привязка теперь лежала в кармане у наглого Шнарка. Так что старый Теневой Король улетел в ничто без единой зацепки, тихо и окончательно.

Был король, и нет короля! Как говорится, канул в лету.

Весь круг теневых тварей молчал. Пару секунд не двигалось вообще ничего, а потом над ареной, над руинами, над всей этой мерзкой аудиторией прокатилось… не знаю даже, как это назвать, то ли выдох, то ли согласие. Тень словно приняла к сведению, что дело закрыто, и наконец выдала свой вердикт.

Корона на голове мелкого проступила по-настоящему. Она перестала мерцать и переливаться дымкой, стянулась, уплотнилась и легла мелкому на голову так, будто ее отлили по его мерке. Не металл, конечно, теневая корона металлом никогда не станет, но это была уже и не дымка, а плотный, тяжелый сгусток истинной Тени, в глубине которого медленно ходили серебристо-черные переливы. Красиво, блин! И, что важнее, видно ее было теперь всем.

А потом все признали власть нового короля. Первой была здоровенная тварь с шестью руками, та самая, что недавно пыталась мной пообедать, она подогнула свои суставы и рухнула на колени. За ней последовала вторая, потом третья, а дальше пошло волной. Круг оседал, ряд за рядом, вся эта пестрая, зубастая, многоглазая толпа опускалась и склоняла свои головы, и по Тени пополз низкий гул. Не рев и не вой, а слова, которых я не знал, произносимые тысячей глоток на языке, который старше моего Ордена.

Присяга!

Маленький, потрепанный, в поцарапанном Теневом Доспехе от гениального Кренделя, посреди коленопреклоненной орды стоял мой Шнырька, и надо отдать ему должное, стоял достойно. Я бы даже сказал пафосно. Осанку он держал. Правда, потом все-таки покачнулся и незаметно уселся на хвост, но, я считаю, после такого ему можно.

Шуша у меня на плече не проронила ни слова. Она просто смотрела вниз и держала лицо так, что ей позавидовала бы любая императрица. Ни возгласа, ни всхлипа, ни малейшего проявления чувств.

Королева наблюдает за присягой своему королю, всё правильно, всё по протоколу. Вот только коготки в моем плече снова сжались так, что я порадовался за прочность собственной куртки.