Книга Кодекс Охотника # 44, страница 125 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

Когда всё было закончено, мне выдали документы. Много документов. Подтверждения, печати, клейма, какие-то местные гарантии, список изделий, список камней, список мастеров, список того, что нельзя делать с украшениями, если не хочешь лишиться гарантии. Я всё это аккуратно убрал, Аннушка потом разберется. Моя жена любит бумажки, особенно если они пахнут прибылью.

— Будем рады видеть вас снова, господин, — очень искренне сказал продавец.

— Я, возможно, еще зайду.

На этих словах они оба заулыбались так, словно я пообещал им маленькое личное чудо.

Выйдя из лавки, я еще немного прошелся по улице, прикидывая, не зайти ли куда-нибудь еще, но решил не злоупотреблять. Во-первых, Шнырька, во-вторых, Теодор может заметить, что я слишком активно гуляю по его княжеству. В-третьих, если я сейчас скуплю еще и рынок артефактов, Анна, конечно, будет довольна, но потом начнет задавать вопросы, почему я раньше так не делал. А мне что ей отвечать? Что раньше я был недостаточно жадным? Ладно, подарков и прибыли пока хватит.

Когда я вернулся, Шнырька уже сидел. Не лежал, а именно сидел на подушке с маленькой теневой короной на голове. Она стала меньше, плотнее и уже не так сильно проваливалась в его суть, хотя все равно выглядела не до конца настоящей. Такая пробная версия монарха, типа король в процессе установки. Рядом Шуша всё еще держала мокрую тряпочку и смотрела на него с видом строгой воспитательницы, которая одновременно гордится учеником и хочет прибить его за глупость.

Мелкий дрожал, но держался. Увидев меня, он попытался выпрямиться, но получилось так себе. Корона качнулась, Шнырька резко замер, чтобы не уронить достоинство, и издал очень тихий, но крайне важный скрип.

— Ну что, Ваше Теневое Величество, — сказал я, подходя ближе. — Поздравляю!

Он гордо поднял мордочку, буквально на секунду буквально, но потом устало опустил.

— Не полноценная, конечно, корона, — задумчиво добавил я, рассматривая ее. — Но уже что-то…

Шуша посмотрела на меня с предупреждением, мол, не смей. Я, конечно, сразу понял, что именно не сметь, и все равно сказал.

— Когда повторим?

Шнырька сначала даже не понял вопрос. А потом как понял! Он медленно повернул ко мне голову, и в его глазах было всё — усталость, ужас, предательство, непонимание, обида и слабая надежда, что я все-таки пошутил.

А вот я не шутил.

— Ну, а что? Корона же неполноценная, надо будет закрепить результат.

Мелкий апатично вздохнул, настолько глубоко, насколько вообще может вздохнуть существо его размера. Потом он медленно поднял лапку, видимо, собираясь махнуть рукой в стиле «делай что хочешь, злой ты человек», но в следующий момент передумал, резко дернулся и сиганул в Тень.

Я посмотрел на место, где он только что сидел.

— Ты реально хочешь убежать от Охотника?

В ответ была лишь тишина.

— Шнырька!

Тень рядом с подушкой чуть дрогнула.

— Мелкий, я же все равно тебя найду.

Еще несколько секунд ничего не происходило, потом из Тени осторожно высунулась очень недовольная мордочка с короной, которая теперь торчала из Тени отдельно и выглядела еще смешнее.

— Ш-ш-шиш–ш-шот лет, Ш-ш-шадр… — выдал он наконец, явно собрав все остатки мужества. — И я ш-ш-шмогу…

Я несколько секунд смотрел на него, а потом заржал. Шуша закрыла лицо ладонью, а Теодор где-то в стороне тяжело вздохнул. Шнырька смотрел на меня с обидой короля, которого не оценили должным образом.