Книга Кодекс Охотника # 44, страница 129 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

— Работа несложная, — сказал я. — Отнести это добро в моим жёнам. Затем нужно раздать по списку и ничего не перепутать.

Темная сморщила носик так, будто я предложил ей вынести помойное ведро.

— Я тебе что, посыльная?

— Ты богиня с прекрасным вкусом, — поправил я. — А значит, разберешься, что кому идет, лучше любого курьера.

Лесть на нее, как ни странно, действовала, не потому что она в нее верила, а потому что считала, что заслужила. Она все-таки в первую очередь была женщиной, а уже потом воплощением тьмы, и порядок этот менять не собиралась.

— И что мне за это будет? — прищурилась она.

Я молча запустил руку в хранилище и достал то, что приберег специально для нее. Да-да! Вот такой я предусмотрительный Сандр!

Ожерелье с клеймом мастерских Теодора, одно из самых дорогих, что я взял. Тонкая работа, темный металл, а в центре был камень, вокруг которого сама собой закручивалась темнота. Она не пряталась внутри, а именно закручивалась, стягивалась в крохотную спираль, а в глубине этой спирали проступали редкие холодные искры, словно кто-то поймал в оправу далекую галактику и заставил ее медленно вращаться.

Темная замолчала. Для богини Тьмы это украшение было даже не подарком. Это был фактически чертов портрет. Ее собственная суть, аккуратно оформленная в металл и камень.

— Держи, — сказал я. — Самой прекрасной из темных богинь!

Она приняла ожерелье осторожно, будто боялась спугнуть, и надела. Темнота в камне тут же отозвалась на ее силу, искры внутри разгорелись ярче, и я, чего уж скрывать, залюбовался, ведь красиво получилось.

— А ты умеешь, когда захочешь, — промурлыкала она, шагнув ко мне ближе, чем требовала любая беседа о курьерских услугах. — Знаешь, я ведь могу и задержаться. Ты тут совсем один, бедненький, без женского внимания. Непорядок.

— Темная…

— Что Темная? — она провела пальцем по моему воротнику. — Жёны на другом конце мироздания, а я вот, рядом. Могли бы, знаешь, обсудить кое-что поинтереснее украшений.

Я мягко перехватил ее руку и отвел в сторону. В эту игру мы играли не первый раз, и правила в ней были известны обоим. Темная давно и упорно мечтала завести от меня ребенка, справедливо полагая, что дитя Охотника и богини Тьмы получится презанятным. Я так же давно и упорно эту идею отклонял, потому что детей у меня и без того хватало, а объяснять женам происхождение неучтенного младенца мне совершенно не улыбалось.

— У нас с тобой другие задачи, — сказал я как можно доброжелательнее.

— Скучный ты, Охотник, — Темная показательно надулась, но без особой обиды. — Ладно, отнесу я твои побрякушки. Все равно мимо шла.

— Мимо… куда?

— За Пандорой, — она махнула рукой. — Соскучилась по ней. А заодно нашу Мораночку проведаем, посмотрим, как она там осваивается с новым подарком.

Кстати, интересно, как там Морана? Богиня смерти, лишенная сил, которую я потихоньку отпаивал Скверной, чтобы она хоть как-то встала на ноги. Темная помнит про подругу, и я, честно говоря, был этому только рад. Пусть темные разбираются с темными, а у меня и своих забот полон рот.

— Только вот что, — Темная задержалась у самого выхода и оглянулась, и в голосе ее мелькнуло что-то похожее на злорадство. — За жён можешь не переживать, их все равно нет в Крепости.

Я насторожился.