Книга Кодекс Охотника # 43, страница 130 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

Август остановился в трёх шагах от Кати. Посмотрел на неё, затем на Мрака, затем на край Изнанки за её спиной, потом на обрывки пустотной слизи, что медленно витала вокруг, как тополиный пух.

— Слушай, девочка, — сказал он наконец, голос у него был хриплый, усталый, без обычной злой весёлости. — Я тебе кое-что скажу, и повторять не буду.

— Слушаю, дядя Август, — иронично улыбнулась Катя, конечно же выделив слово «дядя».

Капеллан моргнул, но, кажется, не обиделся.

— Ты сегодня сделала то, что когда-то не сделали лучшие из моих братьев. Победила не кровью, а словом. Я этого не забуду. И Орден Паладинов тоже.

Он помолчал, а потом добавил чуть тише.

— Сандр счастливый человек. Береги его, девочка. Он, между нами, не очень умеет себя беречь.

— Я знаю, — улыбнулась Катя. — Это семейное.

Капеллан коротко усмехнулся. Потом сделал то, чего Катя совсем не ожидала: положил свою тяжёлую, как наковальня, ладонь на её макушку, аккуратно, будто гладил ребёнка.

— Да пребудет Свет с тобой, Екатерина Галактионова!

Тьма внутри неё недовольно заворчала, когда её тело буквально катило белым светом, вот только усталость враз покинула её, а еще… ей как-то дышать стало свободнее.

— Спасибо, старик, — буркнула она, нахмурившись.

Но Август Соларис, последний капеллан старого Ордена и первый капеллан Ордена нового уже ушёл, не оглядываясь, к остальным Паладинам, которые собирались чуть поодаль. Катя долго смотрела ему вслед. Голова на месте, где лежала ладонь, ещё минут пять оставалась тёплой.

Андрей подошёл следом. Без доспеха — он успел снять верх, остался в подкольчужнике, и Катя в очередной раз подумала: ну какой же ты ещё пацан, братишка. Но он всё же Командор! Глаза светятся ярким белым светом, а смеётся всё так же, как в свои пять лет.

— Сестрёнка, — он плюхнулся рядом на оплавленную породу. — Я тебя люблю, ты ведь знаешь, да?

— И я тебя, и что? — фыркнула Катя.

— Ты сегодня… — он подбирал слова. — Ты сегодня была круче меня.

— Я всегда была круче тебя, Андрюша, — ласково сказала Катя и потрепала его по голове, — просто ты долго отказывался это замечать.

Андрей засмеялся и даже не попытался подняться на ноги.

Они сидели вдвоём на краю Изнанки, как когда-то сидели на крыше своего подмосковного имения, болтая ногами над пустотой и обсуждая, что вот вырастем и обязательно сделаем что-нибудь великое. И, чёрт возьми, ведь сделали!

Август Солярис с позволения командора собрал Паладинов чуть позже. Их было совсем немного, по старым меркам. Этот восстановленный после гибели новый Орден Паладинов был ещё совсем небольшим. Неполные пять сотен молодых ребят, живущие свои первые жизни, включая Андрея. Все измотанные, в копоти, с помятыми доспехами, но живые. И, Катя видела это собственными глазами, весьма воодушевленные!

Свой древний должок Пустоте они только что закрыли. Свет, который шёл от их ауры сейчас, было видно даже отсюда, на границе ничего.

Август поднял руку. Все замолчали.

— Братья! — он откашлялся. — Мы закончили здесь. Месть свершилась… Одна из них… Орден возрождён, но Орден без памяти, как командир без карты. Пришло время стать сильнее. Пора пробежаться по Многомерной и вскрыть Схроны Света.

По собравшимся прошёл шёпот. Кто-то ахнул. Кто-то, кажется, помолился. Катя, которая о Схронах слышала только в трёх словах от Андрея, шёпотом уточнила у брата: