Книга Кодекс Охотника # 43, страница 82 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

Сверху, разрезая морозный воздух, лениво летал Сыклавиний — её ледяной дракон, которого она по старой привычке всё ещё называла «Ссыклей», хотя за последний год этот Ссыкля вырос так, что одного взмаха его крыла хватало, чтобы заморозить целую армию. Да и характер у него улучшился, он уже обрел некую уверенность в себе и никак не мог дождаться, чтобы продемонстрировать свои новые силы другану Мраку.

Перед ними расстилалось белое поле. Точнее, оно было белым ещё час назад. Сейчас по нему ползло что-то чёрное, серое, склизкое и определённо мёртвое. Не нежить в том привычном смысле, к которому она уже привыкла за последние битвы, а твари похуже. Аморфное нечто, от чего тянуло Смертью. Медленной, разлагающей тело и душу смертью.

Чумные Вестники. Последователи Костяного Скульптора, чтобы его в самом холодном круге морозили вечно!

Хельга остановилась и подняла руку. Воинство замерло у неё за спиной. Хладный Пантеон готовился к битве. Они вообще много чего умели, эти суровые мужики и женщины, выросшие и живущие в постоянном дискомфорте.

— Готовы, — коротко произнесла она, и её услышал отец Ульрих на правом фланге и дядя Тор на левом.

Воинство выдохнуло перед броском и над ледником поднялось белое облако пара от дыхания тысяч живых, которые сейчас собирались уничтожать мертвых.

Она сорвалась с места первой.

Так уж повелось, что дочь Ульриха и Лагерты, королева Северного Королевства никогда не любила бежать сзади. И сейчас, мгновенно пройдя сквозь ряды своего воинства, она первой врезалась в гнилую толпу.

Хельга больше не пользовалась мечом, хотя родовой меч Галактионовых, Гидра висела у неё на левом боку.

Меч — это для молодых, для тех, кто только учится вести бой. Сейчас же в правой руке у неё мгновенно сформировалось копьё с навершием из чистого Первородного Хлада, того самого Звёздного Льда, который не плавился даже в пламени Инферно. Первая тварь, попавшая под удар, просто рассыпалась на тысячи синих кристаллов, которые медленно осели на снег и тут же испарились.

Вторая тварь успела зашипеть. Хельга ушла с линии её атаки движением, которому её учил ещё отец, развернулась, ударила копьём снизу вверх. Тварь раскололась пополам и осыпалась двумя кучами льда.

Третью она просто заморозила взглядом.

А на четвёртой её догнало воинство, и дальше пошла обычная работа.

Война — это всегда работа. Хельга относилась к войне ровно так, как её отец Ульрих относился к управлению королевством. Главное — результат. И результатом сегодня будет полное отсутствие тварей Скульптора в этом мире и нескольких ближайших.

Сыклавиний наконец нашёл себе достойного противника. Огромный ледяной дракон пикировал на самый плотный сгусток нежити и одним выдохом превращал его в сад замороженных скульптур, а ледяные гиганты просто давили врагов ногами. Берсерки с двойными секирами шли посередине, и их доспехи уже были забрызганы тёмной слизью, которую заменяла чумным тварям кровь.

Хельга разрубила ещё одну тварь, мимоходом подумав, что получилось красиво. Сандр бы оценил. Он любил, когда красиво. Эта мысль пришла к ней неожиданно, и так же неожиданно она поморщилась от того, что эта мысль вообще возникла. Сейчас. В бою. Вообще, не вовремя. Хотя, с другой стороны, когда вообще они были вовремя — эти мысли о муже?