Книга Кодекс Охотника #41, страница 64 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

В любом случае, у неё был Неназываемый, надёжный проводник в Многомерную. Да, придётся потратить чуть больше сил, но вторжение всё ещё возможно. Так она размышляла, продумывая новый план, в тот момент, когда та самая локальная заварушка внезапно переросла во что-то большее.

Прислушавшись к происходящему, Скверна поняла, что там сейчас точно что-то не так. Обычно, когда умирали одни из её генералов, другие усиливались, то есть сила Скверны плавно перетекала от одних к другим. А сейчас же она слышала другое: генералы умирали, причём умирали абсолютно запретным образом. Души их растворялись, а кости осыпались пеплом. Неслыханная трата нужного ресурса, который Скверна строго-настрого приказала беречь. И, что самое главное, ни один из её генералов не усиливался. А это значило, что их сила уходила кому-то другому, над кем Скверна не имеет никакой власти.

Оценив масштаб вторжения, тем не менее, Скверна поняла, что её личное присутствие там пока что не нужно: масштаб трагедии был весьма локальным. Поэтому она повернулась к сидящему тише воды, ниже травы Неназываемому, который пытался скрыть радость от падения Лестраты:

— У тебя есть шанс. Пойди и разберись, что не так в этом секторе, и реши проблему. Надеюсь, у тебя хватит ума и сил, — скривилась она в презрительной усмешке.

— Да, госпожа! Конечно, госпожа! Спасибо за предоставленную возможность!

Неназываемый тут же подскочил и, пока хозяйка не передумала, отправился в путь, чтобы показать госпоже свою преданность. И кто бы там ни чудил на окраине Вселенной, он с ним разберётся. Ведь кто может противостоять ему, Тёмному Богу⁈

Где-то в Многомерной Вселенной

Хельга никогда не думала, что самые большие проблемы могут возникнуть внутри семьи, а не прийти извне. Ну, это и не удивительно. Хельга выросла в любви и заботе, как единственный ребёнок у божественных сущностей, которые, по иронии судьбы, с трудом смогли зачать ребёнка. И когда родилась Хельга, они радовались просто безумно. Соответственно, и растили её в любви и согласии, а внутри семьи не могло произойти ничего плохого.

Точно так же её отец, король Северного Королевства Ульрих, вёл дела и в самом королевстве. Возможно, самым большим преступлением, которое не прощалось, являлось именно предательство. Даже трусость не была до такой степени наказуема. Ведь, как ни крути, но все люди остаются людьми со своими чувствами, со своими эмоциями, со своими… страхами.

И да, страх в момент может стать преобладающей эмоцией, человек может дрогнуть. Вопрос в том, как поступит он потом. Да, иногда трусость неизлечима, но всё же чаще всего она лечится с помощью прокачки собственных сил, поддержки близких и знакомых.

Хельга сама видела не раз, как дрогнувшие в бою воины проклинали всех существующих и несуществующих богов после того, как за них брались наставники и буквально физически выбивали из них страх и дурь. И да, люди менялись. Но вот предательство в Северном Королевстве не прощалось.

Это та слабость, которая всегда принимается осознанно, в отличие от страха. И если человек выбрал путь предательства, значит, он будет наказан, обязательно наказан. Именно поэтому внутри Северного Королевства иностранным спецслужбам было работать тяжелее всего. Ведь по доброй воле никто не хотел сотрудничать и становиться предателем родины. Как всегда, были тупицы, которые не понимали, что делали, но осознанного предательства не было как класса.