Книга Кодекс Охотника #41, страница 76 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

— Да ладно тебе, я всё поняла! — вдруг встряла богиня. — Не буду я больше никого посылать и обманывать. Хватит уже, отпусти меня! Восемьдесят пять лет прошло. Сколько можно?

Бездна только рассмеялась:

— Ну, помнится мне, оскорблений ты мне лет на двести вперед выписала.

Богиня закатила глаза:

— Да я еще раз тебе повторяю: ты была в обличии простого человека! Откуда мне было знать? Я там Верховная, могла себе позволить… — Она сделала паузу. — Не знала я, что ТАКОЕ прячется под видом человека. Прошу, отпусти меня. Я устала. У меня там паства, люди верят…

Она вздохнула, понимая, что её слова никак не трогают Бездну, а лишь веселят её.

— Ой, всё! — выдохнула богиня. — Делай что хочешь. Двести лет, так двести лет.

— Видишь, дорогая Хельга? Вроде бы целая богиня, а позволяет себе оскорблять обычных людей. Но ты же знаешь, как бывает: иногда можно послать совсем не того человека.

Бездна зашлась смехом, а Хельга наконец поняла: раз эта пленница — богиня иллюзий и обмана, значит, именно она приняла облик Кати.

— Да, ты верно всё понимаешь, — захихикала Бездна. — Она лучшая в своем деле. Копирует так, что мать родная не отличит. Но знала бы ты, сколько мне стоило сил сделать так, чтобы даже Кодекс не почуял подвоха. Хотя он, наверное, о чем-то догадывается. Просто у него тоже есть свои цели, которые он провернул под шумок.

— Зачем? — задала Хельга простой вопрос, который не давал ей покоя.

— Ну, начнем с того, что Катя в полном порядке. Она правда сейчас учится. А теперь вернемся к силам, которые я потратила. Чтобы ты понимала, насколько для меня этот момент был важен.

Миг — и перед ними возник экран, показывающий прошлое. На нем была видна огромная планета и фигура человека, висящего в пустоте напротив неё. Человек начал испускать энергию, окутавшую весь мир. Спустя пять минут планета раскололась на части. Хельге еще не доводилось видеть такой мощи.

— Видишь, сколько этот неразумный и очень обидчивый человек потратил энергии на уничтожение целой планеты? — спросила Бездна.

— Вижу. И что с того?

— Ну, я потратила в раз двести или тысячу больше, — Бездна пожала плечами. — А причина, о которой ты спрашивала, на самом деле очень банальная и простая.

Хельге показалось, что она впервые увидела искреннюю улыбку на лице Тёмной.

— Я всё же, помимо того, кем являюсь, еще и мать.

Стоило ей произнести эти слова, как всё пространство вокруг задрожало. Посуда посыпалась со стола, картины полетели на пол. Стёкла в окнах покрылись глубокими трещинами. Хельга была поражена: какой же силы должно быть это воздействие, чтобы на этих «стекляшках», на которых она сама не смогла оставить даже царапины, появились такие повреждения.

— МААААААААААААМАААААААА!!! — раздался знакомый голос в этих стенах. — КАК ТЫ ПОСМЕЛА⁈

— Иногда, чтобы сделать ребенку добро, нам нужно стать для них злом… — тяжело вздохнула Бездна.

Тёмную я, конечно, нашёл в первую очередь. Весь наш разговор, который был чрезвычайно эмоциональным и напряжённым, причём с двух сторон, навсегда останется между нами двумя, и никогда его содержание я не вынесу в Многомерную Вселенную.

Почему? Ну, наверное, потому что такими словами обзывать Высшие сущности точно не стоило. Ведь, как правило, такое пренебрежительное отношение к ним может аукнуться… Ну, или нет. В любом случае, они об этом не узнают. Я об этом никому не расскажу, Тёмная уж тем более. А больше никто, в принципе, нас слышать не мог — я об этом позаботился.