Книга Кодекс Охотника #40, страница 99 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

— Ага, можно, дядь, — несколько раз быстро кивает она.

— Отлично, — вздыхаю, понимая, что отдохнуть мне уже не придётся. — Опиши мне, как выглядит твоя мама, и я обещаю тебе, мы быстро найдём её.

Сказал и чуть сам себя не ударил по голове. Вот какого хрена я вообще лезу не в свое дело и разбрасываюсь тут обещаниями. Блин, насмотрелся дома, как мои жёны общаются с детьми, и дал обещание, не подумав. Нет, оно не было прикреплено какой-либо силой и ребёнок прекрасно это понимал.

Ведь тут что главное? Контекст. Однако, есть другой момент. А что если её мать погибла во время этого прорыва? Я, конечно, не слышал о пострадавших. Там вроде бы сработали достаточно быстро и всех увели, но всё же. Ну, на крайний случай… А хрен его знает, что там на крайний случай. Первая моя мысль была: найду оставшихся её родных и залезу в фонд Анны для помощи детям. Выделю девочке круглую сумму, дабы обеспечить её будущее. Но это не заменит малышке мать. Может тогда возьму её в свой Род? Ну, это немножко поспешное решение, хотя и оно не заменит ей мать. А потому будем надеяться, что с её мамой всё в порядке.

— А я не помню, — отвечает она и смеётся.

И это был смех, не подобный Бездне или Тёмной. Он был искренний и добрый. Наверное, лучше даже сказать, светлый.

— Плохо, — отвечаю, кивая.

И в это самое время просматриваю сотни разных женских лиц, которые мне показывает Шнырька. Ищу хоть какое-нибудь сходство. На кого она похожа и чья она может быть.

— А что вы тут делаете? — снова задаёт она этот самый вопрос.

— Отдыхаю.

— Вы устали? — следующий такой же простой вопрос. Но насколько же он ставит меня в тупик.

— Нет, — немного подумав, отвечаю ей. — Как бы мне тяжело не было, наверное, я не умею уставать. Это мой дар и моё проклятие. Всегда идти вперёд.

— Даже когда очень тяжело? — уже тише спрашивает она.

— Даже когда очень-очень тяжело, — ответил ей и задумался… о своем.

И тут же протягиваю ей мороженое, которое втихаря засунул мне за спиной в руку Шнырька.

— О, клубничное! Люблю такое, — хищно улыбается она, как маленький мышонок, и набрасывается на мороженку.

Надеюсь, на меня тут сейчас тайную полицию не натравят, что я угощаю мороженым чужого ребенка. Но оказалось, что остальным людям нет до нас никакого дела. Это и понятно. Их явно другие вопросы сейчас волнуют.

— А от чего такого вы сейчас отдыхаете? — вдруг задаёт она мне новый вопрос.

— От сражения, — говорю ей чистую правду.

— Так вы устали сражаться? — с любопытством спрашивает у меня девчушка.

— Нет. От такого я не могу устать, — отвечаю ей прямо.

— А мне мама говорила, что от сражений устают. Возможно, вы тоже устали. Просто не замечаете этого, — задумалась моя неожиданная собеседница.

Блин, вот что за ребёнок, честное слово. Откуда у неё такие вопросы? Кстати, я прикинул, что это может быть прикол от Тёмной и уже, наверное, в двадцатый раз тщательно просканировал её. Вроде нет. Самый обычный ребёнок. Даже больше скажу. Пусть передо мной была бы и сама Бездна, она тоже не смогла бы скрыться таким образом.

Пока я думал над ответом, девчушка сама себе его дала.

— Вы устали от чего-то другого. По вашим глазам видно. Вот мама мне говорила, что ответственность тяжела. И от неё люди устают. Это ваш случай?

Кстати, она уже сидит рядом со мной на лавочке и болтает своими ножками, при этом не забывая лакомиться мороженым.