Книга Кодекс Охотника #39, страница 38 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

Так вот, возвращаясь к предложению Предвечной. Она давала ему шанс прорваться в Запретный мир, напрямую, откуда он мог вырваться в другие Вселенные. И вот уже именно с этими возможностями прорваться в высшую лигу, где бодались настоящие взрослые «дяди и тёти».

Предвечная дала ему одноразовый портал, который, ни много ни мало, мог перенести его во плоти — ну или, применительно именно к нему, то «в костях» — непосредственно на планету Земля, где находился перерождённый Охотник, в мир, который имел доступ в другие Вселенные.

Ни один Охотник во Вселенной в одиночку не сможет противостоять Костяному. Это он знал точно. Тем более не сможет этого сделать перерожденец, что даже не получил часть своих сил обратно. А вот Костяной может получить всё. Казалось бы, чего тут думать, надо идти. Но, зная Предвечную, он сомневался. Во-первых, нельзя было понять, на чьей она стороне. Последние её действия выставляли её врагом Костяного, да и то, что он раньше декларировал, также не добавляло к нему любви. Но вот так дать ему артефакт, который ломал логику самой Вселенной и с помощью которого можно попасть в Запретный мир, — это было очень подозрительно.

Костяной Скульптор неделю не прикасался к своему резцу и неделю не создавал новых воинов. Он сидел на своём костяном троне, держа перед глазами небольшую чёрную сферу, внутри которой пробегали фиолетовые молнии, и пытался понять, стоит ему пойти на Землю и закончить это нелепое противостояние одним ударом, или же его там ждёт какой-то подвох…

— И вот что мне с этим делать? — спрашиваю сам у себя.

Нет, конечно, я понимаю, что Сандр вообще всё порешает, но, кажется, это перебор.

Чем же этот мир приглянулся Предвечной? Блин… А ведь я уже сочувствую жителям этой планеты. Они, наверное, если бы могли, то давно собрали бы свои маленькие чемоданчики и свалили куда угодно, хоть на Хуридан… Правда, там такие зимы, что мало никому не покажется.

Впрочем, там всегда тихо и спокойно, ведь то место попросту никому не нужно. А вот Земля, зараза такая, всегда и всем нужна.

— Но согласись, ведь красиво? — спрашиваю у Ольги, которая сейчас стояла рядом со мной, как и ее дед.

— За это и выпьем! За красоту! — выдал свой коронный тост Бухич и опрокинул бутылочку вискаря.

Кстати, бутылочками только он их называет, а по факту, это литровая тара чего-то очень крепкого.

Эх… Если бы не его Дар, он давно бы выплюнул свою печень.

— Есть предположения, что это? — спрашивает у меня Ольга. — Мои специалисты, конечно, уже работают, но ты извини… По всякой странной фигне лучше тебя никого нет.

И я хорошо понимаю её.

— Предположения есть, а вот точной информации нет, — почесал я подбородок и выдал ответ. — Уверена, что хочешь услышать мою версию?

— Давай… Топи уже свою Императрицу, — обреченно отмахнулась она рукой. — Я еще молода, и нервы у меня крепкие.

— Как скажешь, — улыбаясь, пожимаю плечами, и давай вещать.

Говорил я недолго. Наверное, минут тридцать, за которые выдал три разных варианта, и все они не понравились ей.

А как они могут понравится, если призрачные всадники в небе ничем хорошим, по факту, не могут быть. Это ведь знак Предвечной… или сигил её силы.

А вот к чему это я, вообще не догоняю. Могу предположить, что она появится тут, но это полный бред. Мир просто лопнет, как воздушный шарик, на который наехал многотонный каток.