Книга Кодекс Охотника #38, страница 46 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

И хуже всего, что Повелитель Инферно, похоже, это почувствовал. Потому что с каждым днем битвы становились всё более яростными, а враги — всё более сильными. Если раньше, зачищая миры от вторжения Инферно, демоны-лорды встречались лишь в качестве командиров мелкой инфернальной ерунды, то сейчас они начали появляться уже целыми подразделениями.

А пару раз на поле боя даже мелькнули ближайшие помощники Дьявола. Генерал Белиал и адский демонолог Астарот явились, чтобы лично оценить своих новых противников. И, судя по всему, их ненависть к Свету в целом, и к Ордену Паладинов в частности, была равна ненависти самих Паладинов при виде орд Инферно.

Андрей был одновременно впечатлен и раздосадован. Это было выше его — при виде инферналов в нем просыпалась какая-то мистическая и неконтролируемая ярость. Она одновременно давала ему силы, позволяющие сражаться против воинов Инферно с удвоенной силой, а его заклинания выходили на новый уровень. Однако вместе с тем потеря контроля пугала его. Ведь уже не раз и не два его Паладины, увлекаясь боем, пробивались далеко внутрь порядков адских легионов, и вытащить их оттуда было той ещё проблемой. А во второй раз этим самым Паладином, ушедшим в неконтролируемый отрыв, была Света, его жена и мать его ребенка.

Эта ярость была похоже на ярость берсерков, и по его личному мнению совсем не соответствовала мудрым воинам Света, которыми они все и являлись. С этим нужно было что-то делать, и Андрей возносил молитвы Свету. Как умел. А умел он плохо. Ведь Александр их не знал, а Свет показывал лишь отдельные фрагменты, не дающие полной картины, и не получающие соответствующего отклика.

Такая динамика абсолютно не радовала молодого командора, а тут еще эти видения. Однако, когда он окончательно понял, что это не сон, а зов, все мгновенно изменилось.

Сначала тихий, почти неуловимый зов постепенно превратился в крик, раздавшийся прямо в сердце. Андрей, несмотря на дикую усталость, хотел, чтобы это наконец-то закончилось. Хоть как-то!

И он дождался.

Сегодня ночью командор резко поднялся с ложа — воздух вокруг него дрожал, как перед грозой. Кожу жгли искры, глаза ослепил белый Свет. И это уже не было сном. Это была явь. Это была связь.

Он увидел их. Сотни Паладинов, выстроенных на плацу крепости. Белые доспехи сияли, словно их окрасил сам Свет. В руках у них были мечи, в сердцах — вера, и даже на расстоянии он ощущал их дыхание и решимость. А затем он как будто оказался среди них.

Гремели доспехи. При каждом шаге скрипели ступеньки деревянного помоста. В полной тишине, нарушаемой лишь щебетанием птиц за стенами, могучий воин, чье лицо скрывал глухой шлем, поднялся на трибуну и остановился в самом её центре.

Полуденное солнце сияло ярко, лучи отражались от матовой поверхности стен, а ветер с гор приносил прохладу. Воин снял свой шлем, привычным жестом прижав его к бедру. На удивление, это был молодой мужчина, чуть старше самого Андрея. Чистовыбритое лицо, тяжелый подбородок, короткий ёжик стрижки, глаза… А вот в его глазах отражалась мудрость целых столетий, совсем как у его друга Александра, который оказался Великим Охотником Сандром и который прожил многие тысячелетия.

«Брат Август поможет!» — прогудел в голове у командора глубокий голос Света. Так вот это кто! Легендарный капеллан Ордена!