Книга Кодекс Охотника #37, страница 116 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

— Посмотри на меня, Эрания. Я тоже перед тобой предстал в качестве обычной души. Но что, ты думаешь, на этом всё кончено? Нет. Я в любой момент могу воплотиться обратно в плоть и кровь и продолжить жить, как захочу.

— Но… — кажется, пустотник, точнее, пустотница слегка оторопела. — Почему же ты этого не делаешь? — внезапно в её глазах пришло понимание, и они полыхнули странным серым пламенем. — Тебя удерживает этот человек? У меня осталось мало сил, но я могу тебе помочь, вырвать тебя из лап этого человеческого чудовища, пусть даже ценой своей бессмертной души!

— Эй, что начинается⁈ — поинтересовался я.

Но Патриарх меня перебил:

— Нет. Этот человек не чудовище. В своё время он мне сильно помог, когда моё существование уже было невыносимым. Он мне дал шанс отдохнуть, собраться с мыслями и силами, чтобы продолжить свою жизнь. Я пока не готов вернуться в реальный мир, но это случится уже достаточно скоро. Так что я тебе скажу вот что: этот человек сможет также помочь и тебе.

— Я могу уже говорить? — как школьник, приподнял я руку, глядя на общение двух могущественных сущностей. — Я стесняюсь спросить. Ты мне так и не ответил, сколько лет тебе и сколько лет Эрании?

— Тогда, когда родился я, людей ещё не существовало в Многомерной. Эрания же появилась, когда твои далёкие предки впервые освоили огонь на одной из далёких планет. Это даёт примерное представление?

— Охренеть, — выдохнул я, впечатлившись.

Тут же вернулся к разговору:

— В общем, Патриарх сказал своё слово, скажу и я. Да, я готов помочь воплотить твою душу обратно, но есть один нюанс.

— Позволь мне, — улыбнулась Королева. — Ты слишком неправильно формулируешь фразы.

Я с улыбкой кивнул и позволил Королеве обрисовать всю будущую перспективу существования Эрании. Я стоял молча, молчал и Патриарх, точно так же, как и Шнырька, который для разнообразия достал попкорн, сидел у меня на плече и смотрел за всем этим, как за каким-то чёртовым сериалом.

— Хорош хрустеть, раздражаешь, — кивнул я мелкому.

— Н-н-нада? — протянул он мне пачку с попкорном.

— Попозже, убери, — сказал я.

Шнырька вздохнул, но подчинился. Вместо этого достал петушка на палочке и начал его облизывать, стараясь при этом не чавкать. Я покачал головой, но уже ничего не сказал.

А Королева, тем не менее, закончила разговор с драконессой. Эрания посмотрела на меня другими глазами.

— Я готова на сделку. Но, думаю, что тебе нужно знать кое о чём, перед тем как её заключать.

— О чём именно? — уже перейдя на деловой тон, поинтересовался я.

— Перед моим убийством я была беременна. Мой муж погиб, защищая моё позорное бегство.

В словах драконихи послышалась боль.

— Но и это не спасло. Однако на момент моей смерти души уже находились в сердцах моего потомства. И я бы хотела, чтобы они возродились вместе со мной, иначе сделки не будет. Я не хочу быть последней из рода. Вместо этого я приму окончательную смерть.

Пу-пу-пу… Сказать, что я охренел, — это ничего не сказать.

— Позволь, я просканирую твою душу, — попросил я.

От Эрании всё ещё несло недоверием, но она взглянула на Патриарха, который просто согласно кивнул. В результате чего она сказала:

— Я разрешаю.

Я потянулся к душе и…

Не могу сказать, что это было в первый раз. Среди тех множества тварей, которых я уничтожил, попадались и беременные самки, потомство которых не должно было существовать в этом мире. Я не особо рефлексировал по этому поводу, но ни с одним из них мне не нужно было воплощать его заново. Смогу ли я справиться с этой? Двенадцать яиц, двенадцать маленьких дракончиков.