Книга Кодекс Охотника #36, страница 13 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

Это я понял, пройдя уже три таких пролёта. Да, зайдя на первый, я встретил тварей, на первый взгляд заражённых Скверной. Вот только Скверна в них была локализована внутри и никак не распространялась наружу. Что было похоже на то, как будто человек переболел оспой, и лицо его было изрыто язвами, но он выздоровел и перестал быть переносчиком заразы.

А ещё я понял, почему позеленело кольцо Ольги и её компании. Потому что каждая убитая неприкаянная душа этих тварей самостоятельно, без всякой моей помощи, преобразовывалась в энергию и проникала в своего убийцу.

Всё это выглядело как чрезвычайно интересная задумка. Кто-то или что-то раскидал здесь своеобразные «консервы», убить которых было не проблемой для сильного Одарённого. Вот только, вместо желеек, которые пополняют твою энергию временно, эти убитые твари усиливали тебя постоянно.

Мне каждое это усиление было что слону дробинка, но если загнать сюда среднеуровневого Истребителя, то он вполне в состоянии нехило здесь прокачаться, если, конечно же, не сдохнет раньше времени.

На третьем пролёте я немножко задержался, когда завалил всех тварей, похожих на лишайных носорогов с продранной шкурой и белёсыми глазами. Рассмотрев переданную энергию под «микроскопом», я понял, что поторопился с выводами. Переизбыток такой энергии мог привести к мутациям человеческого организма, а значит, бесконечно здесь находиться и убивать их точно было нельзя.

Однако ни в Ольге, ни в Аресе, ни в Гермесе и, тем более, ни в Александре Сергеевиче Пушкине я не видел никаких мутаций. А это значило, что Бухич знал об этой способности и дал людям ровно столько, чтобы они усилились, но не превратились в монстров.

И снова у меня появился мой вечный вопрос: какого хрена Бухич мне об этом ничего не рассказал, и откуда он это всё знает, если даже я впервые встречаюсь с подобными тварями?

Кстати, удивительно, но я не видел здесь мёртвых тел. Либо они исчезали сами по себе, либо их жрали сородичи, либо я шёл не той дорогой. Но сложно идти другой дорогой, если существует всего одна дорога. А ведь эти «лестничные площадки» были похожи на чёртовы туннели — ровные, прямые, без всяких ответвлений, имевшие всего-навсего два входа и два выхода.

Единственное, что мне пришло в голову, — это немного ускориться. Тени здесь, за пределом туннелей, не существовало. Судя по всему, мы находились в чём-то типа Изнанки Вселенной или Междумирья. Каким образом здесь существуют сами эти переходы, я также понятия не имел.

Я сперва перешёл на легкий бег трусцой, а потом уже побежал быстро, врубив уничтожающую ауру. Я пёр вперёд, как бульдозер, в редких случаях подключая верные мечи, либо же скидывая призванных тварей, дабы придержать особо настойчивых хозяев этого лабиринта.

Двенадцатая, двадцать четвёртая, тридцать пятая «лестничная площадка». Я ел и пил на ходу, а сон отложил на потом, всё больше и больше раздражаясь от происходящего. Сила тварей росла нелинейно. Попадалось даже парочку пустых туннелей, а потом мог внезапно ворваться в стаю прокажённых пещерных волков, где приходилось терять время. А ещё в процессе я постоянно фиксировал окружающую обстановку. И, в принципе, пока что не видел проблемных зон для двух сильных Одарённых, которыми являлись Бухич и Лиза. Хотя с несколькими из них им явно пришлось бы повозиться. Я понятия не имел, насколько реально они от меня оторвались.