Книга Кодекс Охотника #35, страница 35 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

— О, суровая Валькирия, — хмыкнул я. — Понимаю, но не одобряю. А ты знаешь, что прямо сейчас твой любимый на краю Многомерной надирает задницу Пустоте, а ты прямо здесь странных снеговиков лепишь?

— Никаких снеговиков я не леплю! — обиделась Ингрид.

— А это что? — показал я ей за спину.

Ингрид повернулась, и челюсть её отвисла. За ней стоял натуральный снеговик, вот только вместо моркови в него был воткнут… гхм… резиновый фаллос.

А у меня рядом с ухом из ниоткуда раздался весёлый голос:

— Будеш-ш-шь долш-ш-шен, ш-ш-шука-ш-ш-шабака!!!

Лицо Ингрид было, конечно же, бесподобным, и шутка отработана на все сто процентов… Шнарк, конечно же, молодец!

Хорошо постарался, сразу видно руку мастера с большим опытом подколов, а для большего эффекта он еще успел сделать несколько фотографий офигевший девушки на фоне снеговика. Теперь, если кому-то покажет, то все будут думать, что это ее творчество.

Как бы только потом Волгомир не пришел к Шнырьке поговорить… Но да ладно, смешно же.

Вот только Шнырка не учел одного. Со стороны для нее это все казалось так, словно это он все провернул без меня. А значит, и весь гнев заслуживает только он. Я бы сказал, праведный гнев. Однако почему, если он праведный, в воздухе вдруг так резко запахло смертью и жаждой крови?

Глаза девушки закатились, энергия вокруг ее тела заструилась во все стороны, и Шнырька понял, что попал. Это прямо таки было написано на его мордочке, и мне, чтобы понять это, не нужно было нырять в нашу связку.

Он сам себе кивнул и попытался нырнуть в тень. Однако здесь его ждала фиаско. Полное и непредвиденное.

Энергия Ингрид уже пронеслась по земле на многие километры в стороны, и тонким слоем окутала пространство, сотворив помехи для вхождения в тень. Теперь я мог наблюдать такое представление, которое не каждый день вообще можно увидеть. Шнырька сейчас быстро перебирает лапками, пытаясь спастись от взбесившейся женщины.

— Ну куда же ты? — кричала она. — Давай, я тебе тоже покажу, как умею шутить… Остановись!

— Шшшшшшен-шшшши-иин-на! ШШш-шш-шандр… Тооооо-шш-шш-ше!!! — пытался отмазаться мелкий, но его уже не слушали.

На его слова она только бросила свой топор, и эффект был, как от разрыва снаряда, а может и того сильнее. Впрочем, я понимал, что она его не убьет. И он это понимал, наверное… Однако в лапках у него был фотоаппарат, который для него был очень дорог. Я полагаю, что этот фотоаппарат содержит в себе ой, как много компромата. Настолько много, что мировое сообщество, если бы знало о его существовании, вполне могло бы начать переживать.

И почему, однако, никто не любит шнарков, даже не знаю. Ладно, Шнырька вернется, как разберется со своими проблемами. А мне нужно работать дальше и при этом еще сконцентрироваться. Сейчас я пытаюсь вмешаться в такие процессы, к которым лучше было не подходить. Но у меня была цель и я не видел преград… А потому я готов сейчас на многое.

В памяти еще были свежи воспоминания про Ардана… Я не жалел его, даже при виде измученного тела, понимая, через какую боль и страдания ему пришлось пройти. Это тоже путь, который закалил его душу, хоть и почти уничтожил. Он был Охотником, а мы все знаем, что легкой смерти у нас не бывает. Статус Охотника дает очень немалое но и забрать может все.