Книга Кодекс Охотника #28, страница 12 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

— Да. Я сделаю все, что повелела богиня.

Я внимательно присмотрелся к девушке. То, что я увидел, мне не понравилось. Всё-таки Морана умела заставить людей подчиниться. В душу девушки уже проникла Смерть. Учитывая, какой будет Дар — «перепрошитый» подарок от Галактионовых, мне всё это не очень нравилось. Это безумное поклонение темной богине. Да, Морана сейчас играла на моей стороне, но в своей обычной жизни она была ещё той сволочью. Придется с девочкой поработать. Хорошо, что у меня уже есть другой детский сад. И специально обученные для этого люди. Ну, а на крайняк, я сам помогу.

Сборы заняли буквально пятнадцать минут. С котомкой в руках, уныло понурив лицо, со слезами на глазах, она подошла ко мне и сказала, не поднимая глаз:

— Я готова.

— Ну раз готова, то пошли!

Я взял её под руку, отчего она ощутимо вздрогнула. Первым ее посылом было выдернуть руку у меня, но, видимо она больше боялась ослушаться богиню, чем рефлекторно сделать то, что хотела. Подозреваю, что и мужчин-то она в этой жизни не видела. Если Галактионовы поступили, как обычно, и отдали ее в глубоком детстве. Ладно, разберемся потом.

Я вышел на улицу и увидел, как сразу у четверых Паладинов на лице появляются улыбки. Коля начал глупо хихикать, а Макс так вообще, засветился от радости.

— О, и снова привет, милая! А ну иди к дяде Максу, я тебе ещё раз «ата-та» сделаю!

Тут выражение лица поменялось сначала у Олега, потом у Васи. Один толкнул локтем в бок своего товарища, второй отвесил ему подзатыльник. Макс был настолько увлечен глумлением над бедной монашкой, что сразу не понял, о чем это они. Потом его взгляд скользнул на медальон, висящий у неё на груди.

— Упс! — сказал он и покраснел.

Самое удивительное, что и монашка тоже покраснела.

Я посмотрел на него, на неё, и широко улыбнулся.

— Вот тебе и «Упс»!

— Командир… За что? — хрипел, как в последний раз, Макс.

— А ты сам подумай, своей головой, — усмехнулся я, палкой нанося новый удар.

Макс попытался увернуться, но это у него получилось слабо, и его крепкий тренировочный наплечник треснул. А ведь он был из разломного металла, очень даже прочного.

— Вместе! — раздался за моей спиной крик остальных ребят.

— Ага! Вместе! — похвалил их.

А затем выставил свою руку к небесам. Прямиком в раскрытую ладонь приземлилось навершие энергетического молота, которым только что пытались меня прибить. Земля подо мной начала прогибаться, но я стоял ровно, и даже не пошевелился.

— Это всё? — хмыкнул я, поворачиваясь к ним.

— Всё! — хором ответили они.

На этот удар они потратили остатки своих сил.

— Тогда бегите… — спокойно говорю им, и улыбаюсь своей улыбкой, от которой у них побежали мурашки по спине.

И они побежали.

Дальше пришлось догонять и заставлять их драться со мной. При этом, они были в полном боевом облачении, вместе с боевым оружием, а у меня лишь деревянный шест, который я усилил своей энергией.

— Самое надежное оружие — это вы сами! Говорил вам? — спрашиваю у лежащих на земле бойцов.

— Говорил…

— Тогда почему вы понадеялись на эти железяки? Зачем вначале пытались долбануть меня артефактом? Поставили столько времени на кон, и ради чего? — в моем голосе появились стальные нотки.

— Попытка, не пытка… — отвечает едва живой Макс.