Книга Кодекс Охотника #28, страница 36 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

— Могли, — кивнул он, усевшись рядом на роскошную кровать. — Но нам нужно было поговорить… А еще мне написал старик Ригуд и сообщил, что у него есть продвижки в его исследованиях Скверны. Кажется, он близок, как никогда к тому, чтобы создать свой барьер.

— Это отличная новость! — совсем в несвойственной для нее манере она запрыгнула на кровать и обняла мужа.

Да только кто знает этих двоих, по-настоящему? Бога и Валькирию, которых ничем уже не удивить.

Война… Вот на чем повернут их Пантеон. Да только Ульрих сразу смекнул, что свою Лагерту он любит куда больше, чем войну.

Он сидел и обнимал свою любимую жену, и наслаждался каждой минутой, как делал это всегда, когда они были наедине. Его нельзя назвать сентиментальным человеком. Однако, когда она находилась в его объятиях, то казалось, что само время течет медленнее, настолько эти минуты были для него бесценными.

А сейчас должен состоятся тяжелый разговор с женой. Разговор, от которого будут зависеть многие вещи. И за что он переживал, так это за эмоциональное состояние своей любимой. Когда-то давно она уже смирилась с тем, что не сможет иметь больше детей. Всю свою любовь, как умела, она вливала в Хельгу. И сейчас он должен дать ей новый шанс, которого, возможно, и не существует. Не то, чтобы он не верил Александру, но себе он верит больше. И насколько Ульрих знает, это не лечится. Там дело было намного глубже, чем кажется Александру. Там не только вся энергия ушла из его жены, а еще и Пантеон заблокировал им силы. Как только Александр попытается вмешаться, так сразу его отец узнает, где они… И у него вряд ли получится хоть крупицу энергию вытащить из закрытого канала. Он сам не знает, насколько искусным и сильным нужно быть, чтобы это всё получилось.

Конечно, он знал, кто такой Сандр… Слышал о нем, как и о его братьях Охотниках. И всё, что касается войны и Сандра, он не сомневается. Эти Охотники были также помешаны на сражениях, как и его Пантеон. Однако, в работе с такими энергиями он не знал, что думать.

И вот сейчас он собирается дать ей настолько призрачный шанс, что и самому страшно… Страшно потерять любимую, которая может уйти в себя, если ничего не получится. А если с ней что-то случится, то он тут же вырвет себе сердце и потянется за Душой свой жены, чтобы опять вместе переродиться в другом Мире.

Дочь, конечно, будет жаль… Однако, одной она не останется. От глаз родителей не укрылось ее отношение к Александру, и их забавляло наблюдать, как она все еще решается подойти к нему и признаться в своих чувствах. Такая сильная и храбрая в битвах, но когда смотрит в его глаза, то сразу же трусит и отступает. Они решили не подталкивать ее, так сказать, пусть все будет так, как того захочет Вселенная.

Но теперь, кажется, придется вмешаться. И нет, Ульрих не будет ее заставлять, никогда и не при каких условиях. Он просто прямо скажет дочери, что если она хочет быть с Александром, то будет, вот и все! Если откажется, то даже шанс на зачатие второго ребенка не повлияет на его решение. Кому, как не ему знать, что это такое, когда тебе не дают свободу выбора. Хотя, тут он утрирует. В их Пантеоне не было никаких запретов… До тех пор, пока он не озвучил отцу, с кем хочет прожить всю свою жизнь. Тогда один запрет и появился… А такие запреты, как трусость и слабость, он во внимание не берет. Это можно сказать, не запрет, а стиль жизни.