Книга Кодекс Охотника #28, страница 75 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

Одину стало страшно. Глаза Прядущей Облака пылали огнем и яростью.

* * *

— Долго меня не было? — спросил Доброхотов, когда пришел в себя.

— Всего несколько дней, — ответив, я швырнул ему одежду, которую привезли его слуги.

С его гвардией и людьми я разобрался после того, как они уже были готовы брать штурмом мое имение. Воевать с его армией мне не хотелось, наверное, потому, что все же они имперцы, и каждая смерть будет ослаблением нашего государства. Но мне, само собой, не поверят, ведь выходит, что это я похитил его, и нужно было придумать, как поступить, не привлекая к этому делу Лизу. Потому пришлось попросить Ивана Васильевича Андросова, и вот ему уже поверили, когда тот вначале прибыл ко мне и просканировал Доброхотова, а потом выслушал мою историю.

Иван Васильевич был человеком быстрым и обязательным, а потому не стал откладывать всё на потом, и сразу же отправился туда, где смог утрясти все дела. Вернулся он, правда, с небольшим отрядом гвардейцев и слуг Доброхотова, которые хотели находиться рядом с господином. Против такого я, конечно, не был против, ведь понимал, что возможно от этого будет зависеть их жизнь.

— Вот это потрепала меня судьбинушка, — схватился за голову Доброхотов. — Кстати, Северное Королевство еще не объявило нам войну?

Первым делом он не поинтересовался о моём здоровье, а спросил за Хельгу.

— Еще нет… Но, в скором времени, сюда прилетят Ульрих с Лагертой.

— Сука… — застонал Доброхотов. — Нужно было убить меня, когда я просил. Значит, я успел ей навредить… Зараза…

Доброхотов явно всего не помнил, и я понимал, почему он переживает. Северное Королевство — наши главные союзники, и всем известно, как они реагируют, если существует хоть малейшая угроза для их любимой единственной дочери.

Кстати, такая их реакция меня всегда удивляла. Если кто-то ляпнет в сторону Хельги что-то плохое, то Ульрих тут же предпринимал меры. А если пахло дуэлью, то просто звонил стороне, которая хотела вызвать ее на дуэль, и сообщал, что увы и ах, но их Род не бессмертен. А после этого наступала «прилюдная порка» от родителей парня или девушки, который от выпитого или по юности считал, что Хельга такая же, как и все остальные. Но при этом всём её спокойно отпускали в Разломы. Что еще взять с людей, которые выросли в Вальхалле.

— Лиза меня прибьет… — вздохнул Доброхотов и начал одеваться. — Она уже знает?

— Нет, я ничего ей не говорил… Она даже не знает, что с тобой случилось.

— Это хорошо… Может, ещё успею всё исправить, — стал суетиться он. — Скажи мне… Принцесса Хельга сильно пострадала?

Я сделал вид, что задумался.

— Нет, легкий испуг и удивление, но ты же знаешь Ульриха.

— Знаю… — покачал он головой и тяжело вздохнул. — Кстати, спасибо вам за помощь.

Андросов усмехнулся и подошел к нему.

— Да не за что, я как бы ничего и не сделал. Тут всё Александр провернул, и я даже толком не понял, что с тобой случилось.

— Я знаю, — кивнул Максимилиан. — Но вы прибыли сюда и потратили свое время. Примите мою благодарность! — вроде говорил он без притворства. — А еще я хочу вам сообщить, что в ближайшее время вопрос по сети фармацевтических заводов мы с вами решим. В вашу пользу!

Андросов удивленно хмыкнул и повернулся ко мне.

— Если у тебя еще появятся такие пациенты, то можешь звонить мне даже ночью, — засмеялся он. — Даже в отпуске разрешаю.