Книга Кодекс Охотника #25, страница 36 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

К чести, Дракон не зассал и бросился в атаку. Поэтому быстро и без мучений был обезглавлен Аквилой.

Я же прислушался… Топот копыт… Это моя гвардия так топает?

Тыгыдым-тыгыдым…

Тут появились гвардейцы, и я выдохнул. Не, не они… Точнее, гвардейцы тоже прибежали, но кони реально были. Это прискакали мои монгольские полисмены.

Волк светился, как новогодняя ёлка, переливаясь всеми стихиями одновременно, и полностью готовый к бою.

— Саша! Что за херня⁈ — с ходу выпалил он, озираясь. — Где дракон?

— Улетел, — хмыкнул я, и добавил. — Но, обещал вернуться.

— А что за второй портал мы засекли? — продолжал волноваться Волк.

— А это Император-Дракон в гости хотел зайти, — пожал плечами я.

— И???

— Да передумал, походу, — вздохнул я. — Вы это… Соберите шмот. Вон там на дереве амулет висит, а вон там в кусты шлем годный улетел, — подсказал я бойцам, что и где искать.

— Чем это ты его? — заинтересовался Волк. — Этого Аквилой уработал, я вижу, а чем взорвал второго?

— Во! — протянул я Волку лук.

— Однако! — с осторожностью мой товарищ взял мощное оружие и начал осматривать его, используя все виды зрения, после чего повторил еще раз. — Однако!

— Нравится? — улыбнулся я.

— А то! — Волк осторожно протянул его обратно. — Ну, кроме того, что я понятия не имею, из чего он сделан, и какая магия на нем висит.

— Ты и не должен знать, — успокоил я своего товарища, у которого была прямо сейчас задета его профессиональная «оружейная» гордость. — Это оружие не из этого мира.

— Да ладно⁈ А поподробней? — у Волка зажглись глаза.

— Потом, — хлопнул я друга по плечу.

— Ладно, — нимало не смутился он. — Как сам?

— Мне бы поспать, — зевнул я. — Так случилось, что лучшее лекарство от всех бед — это именно сон. Именно его, никак не обойти в Многомерной Вселенной, насколько бы ты ни был силен.

— А боги спят? — задал внезапный вопрос Волк.

— Еще как, — улыбнулся я, вспоминая одну веселую богиню. Гхм… Ладно… «Дела давно минувших дней, преданья старины глубокой», — как писал Александр Сергеевич в одном из своих литературных шедевров, написанном в моменты редкого отдыха.

* * *

Спал я три дня и три ночи, как настоящий богатырь. Ладно, вру, последнюю ночь немного недоспал.

Проснулся я бодрый и веселый. И тут же прислушался к ощущениям. Всё в порядке. Два новых уровня двух Печатей, что я поставил перед сном, встали как влитые! Еще один небольшой шажок к былому могуществу. Только вот теперь ОЧЕНЬ хочется есть!

Быстро спустившись вниз, я улыбнулся. Заслышав мои шаги, тут как тут нарисовалась Семеновна с тарелкой горячих блинов. Тут же на стол, одна з другой, полетели плошки со сметаной, жареными грибами, икрой и прочей вкуснятиной, а Семеновна смотрела на меня, забавно сцепив в замок на высокой груди пальцы рук и качая головой. И смотрела на меня, как на умирающего от голода, натурально!

— Изголодался, поди, молодой господин! Вон, схуднул как! — причитала она, вызывая у меня улыбку, при этом цепко следя, а тем, как ее поварята продолжают метать снедь на стол.

Ну, а я принялся за еду. Ел так, что аж за ушами трещало, вспомнив, что Катюха, еще с самого появления здесь в доме, грозилась забабахать ее фирменное ризотто. Вот только в царстве Семеновны это затруднительно. Подозреваю, что пробиться «молодой госпоже» к плите было труднее, чем ей же закрыть Радужный разлом.