Книга Кодекс Охотника #25, страница 71 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

Не то, чтобы «поц» её об этом попросил, скорее, это было ее собственная инициатива. В Иркутске все шло по плану. Она почувствовала вкус власти. Такими темпами, скоро её в Императрицы выдвинут. Ну, если бы у нас была демократия. А так-то Елизавета Петровна может спать спокойно.

Вернувшись в усадьбу, первое, что я увидел — вечерние посиделки подружек в беседке. Ну, Аня-то понятно. Она давно сделала усадьбу штаб-квартирой моей маленькой, но гордой корпорации. С Катей тоже всё ясно. Куда она, беременная, денется?

А вот Хельга с Ингрид зачастили. Между вылазками в Эпицентр, они стали часто здесь появляться. Как правило, Ингрид пропадала сразу после того, как здоровалась и после первой чашки чая. Одновременно с этим куда-то пропадал Ратник. А это, конечно, было совпадением. Ага! Ну, а Хельга разговаривала с моими жёнами о чём-то важном. При моём появлении они на меня странно посмотрели и замолкли. Может, всё-таки надо подослать Шнырьку их подслушать? Да не, своим жёнам надо доверять.

— Как всё прошло? — поинтересовалась Анна. — Нормально. Урабороса грохнул… Даже, двух, — поправился я, — а третьего прогнал.

— Что⁈ — глаза у Хельги стали, как на пять копеек. — Уробороса, Мирового Змея?

— Какого такого мирового змея? — нахмурился я, внимательно выбрав самую румяную булочку и с удовольствием её откусив.

— Дорогой, при всём уважении, — скривила носик Катя. — Отойди в сторонку, от тебя воняет, и ты весь грязный.

— Прости, милая.

Я помню, что у Кати токсикоз, и я отошёл на пару шагов, повернувшись к Хельге.

— Ну, Уроборос — мифический Мировой Змей, — продолжала она пояснять, — который кусает себя за хвост.

— А, нет, этого дебила не встречал, — скривился я.

— Почему дебила? — удивилась Хельга.

— А вот нахрена кусать себя за хвост? Нормальные Ураборосы кусают других.

Хельга молчала и хлопала глазами. Мои жёны не выдержали и рассмеялись.

— Ничего, милая, — успокаивающе погладила Аня по руке Хельгу. — К его юмору со временем привыкаешь.

— Но это не точно, — добавила Катя, и они рассмеялись ещё громче.

— Ладно, развлекайтесь, — сказал я и пошёл домой.

Тщательно вымылся и переоделся. Время было уже послеобеденное. Нагибать кого-то было уже поздно, тем более на пустой желудок. Поэтому я спустился вниз. И, как всегда, передо мной возникла Семёновна.

— Чего изволите, ваше благородие? Ушица ароматная есть, супчик грибной, и котлеток я нажарила сочненьких!

— Не, времени рассиживаться нет. А сделай-ка мне, Семёновна, бутерброд нормальный, — улыбнулся я, приобняв по-дружески кухарку за плечи.

Та покраснела, заговорщически улыбаясь.

— На пол-батона? — уточнила она.

— А, гулять так гулять! Давай на весь батон!

— Минуточку, — сказала она и быстро скрылась на кухне.

Для интереса засёк время. Прошло ровно двадцать восемь секунд, когда она появилась с разрезанным пополам белым батоном, внутри которого была всякая вкуснятина.

— Спасибо, Семёновна. Ты, как всегда, лучшая.

Я взял батон и неспешно направился в сторону Байкала, потихоньку откусывая свой гигантский бутерброд.

— Вот ш-ш-шмот!!! — раздалось из воздуха.

— Чего это? — удивился я. — Хочешь, кусай.

Прямо передо мной в воздухе начали пропадать куски бутерброда.

— Э! Харе!!! — я отдёрнул батон в сторону, потому что он начал уменьшаться слишком стремительно. — Сгоняй вон к Семёновне. Она тебе новый сделает.