Книга Кодекс Охотника #23, страница 67 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

— Ууу… — протянула Василиса. — Как классно! А маме мы покажем?

— Обязательно покажем, — улыбнулся я, уловив ещё кое-что. И это кое-что шло от медальона.

Я дотронулся до него и сконцентрировался. А у меня в голове возник светящийся шарик. Судя по очертаниям континентов, это был этот Мир. И на нём было раскидано одиннадцать точек.

Хотя нет. Это были нифига не точки. Это были пятна. Достаточно большие пятна. Это не могло быть ничем другим, как сигналы остальных амулетов. То ли намеренно, то ли специально, но такие пятнышки занимали размер, сопоставимый с Иркутской губернией.

Кажется, мне пришла пора прошвырнуться по миру. Но, с другой стороны, можно делегировать полномочия. Есть у меня парочка кандидатов на примете. Загадочных «детишек» Рода Галактионовых нужно вернуть в семью как можно скорее…

— Но как же так… Моя мать… Она… — с трудом подбирала слова Валерия. — Я же её хорошо знала… Она сказала бы мне…

— Она не могла сказать того, чего не знала, — продолжаю ей объяснять. — Хотя, скорее всего, к старости она знала часть правды. Но права говорить у нее не было. Стоило хотя бы одному человеку проговориться, и об этом могли узнать все.

— Узнать… — наклонив голову, повторила она.

— Верно… Род был практически уничтожен, но не сломлен, и недавно он возродился.

Правда для Валерии была слишком тяжелой. Кому было легко, так это Ваське. Она слушала и продолжала жевать пирожки, которые ей только и успевали подносить девушки. Вообще, у девочки, можно сказать, начался счастливый период в жизни.

По словам её матери, она часто вот такими пирожками кормила свою дочь. Только мясные пирожки были у них на большие праздники, и девочка их очень любила.

Когда она наелась наконец-то до отвала, то познала всю боль жизни. Оказалось, что нельзя есть столько, сколько душе хочется, и желудок имеет свои ограничения. Однако, я открыл ей Дар, и сделал Василисе праздник. Теперь она, и правда, может, и даже должна, есть очень и очень много. Поскольку Дар был ранее запечатан в медальоне, и лишь отдаленно связан с ней, а теперь оказался непосредственно внутри ее тела, то теперь будет ещё распаковываться и осваиваться, а на это требуются дополнительные ресурсы организма.

Когда Валерия узнала, как много её дочери нужно теперь есть, то она побледнела, и пустым взглядом стала смотреть в стену, подсчитывая, сколько же ей придется работать. Так и не смогла принять горькую правду, что своими силами это сделать нереально. Затем её взгляд прояснился, и она начала странно поглядывать на меня и, кажется, я знал, что он означал. И нет… Там ничего такого не было. Она думала спросить, нужен ли мне человек, которого можно нанять на работу. Ведь ради дочери она была готова на всё.

— Род? Но мы… — она еще туго соображала и, кажется, не воспринимала того, что я ей говорю.

— Валерия… — встал я и подошел к ней поближе. — С этого дня ты и Василиса… часть нашего Рода. Сильного… Независимого и амбициозного. Рода, от имени которого раньше вздрагивали враги, а теперь и не только вздрагивают, но… гхм… это вам знать рановато. Вы и есть Галактионовы, с чем я вас и поздравляю!

Валерию, кажется, сейчас хватит удар. И я прекрасно её понимаю. Еще вчера она была никем, а теперь бах, и аристократка, да ещё член такого Рода, который чуть раньше, в одиночку, захватил Хабаровск.